А я понял, что эти две сверхдучроки просто перепроверяли итог пари.

Хе. Болтун — находка для шпиона.

Я пригласил в кабинет обеих девушек.

— Теперь, когда я получил полную картину, то могу сказать правду: я приму предложение Киры. Так что в пари выиграет она, — сообщил я.

— Что? То есть вы ещё не переспали, и у нас есть шанс? — Спросила Ксюшева, пока её сообщница просто буравила меня взглядом.

— Нет. Говорю же, я соглашусь на её предложение.

— Какое? Что вообще ты несёшь, ботаник? Вы что запланировали это событие? Чем она лучше? Она мелкая, невзрачная и болтливая. Чем я хуже? Она заплатила ради победы? Может, она вообще планирует с тобой сделать видимость, чтобы просто объявить о победе? Если так, то я предложу больше и ни какой фикции!

— Я… тоже, — промямлила Лариса Файнберг, в отличие от Кристины при этом она покраснела. Только вот смущает, что при этом она смотрит не на меня, а на огонёк между двух указательных пальцев, который сама и создала способностью.

— Я, конечно, извиняюсь. Но у меня уже есть предварительный договор с вашей соседкой. Мы пока утрясаем детали, но вы правы. Первая из вас троих смогла бы меня заманить, так как я не люблю нарушать контракты. Каждая из вас троих для меня похожа на картину, а не на человека. Хотя, о вас я раньше не слышал, но Ш.А.Г. сказала, что вы знаменитости. И что вам троим надо такого от меня, что вы поспорили о том, кто переспит со мной? — я задал вопрос напрямую.

Девушки переглянулись.

— На самом деле, мы втроём дружим с детства, — Начала Кристина.

— Точнее изначально из нас сделали группу из десяти человек, но мы разбились на две стайки по пять, — уточнила Лариса.

Я решил не прерывать речь. Пока информация поступает, то буду слушать.

— Мы не были сиротами, но попали в пансион, где нас обучали, — продолжила русоволосая. — Иногда виделись с родителями.

— Ну, кто-то виделся, а кого-то они боялись, — грустно добавила блондинка.

— Дело не в этом. Мы часто попадали к журналистам. Так как считались «хорошо воспитанными сверхами из простых рабочих и крестьянских семей».

— Хотя меня старались не сильно показывать. В основном светилась Кира. А я, да и Крыска, — на этих словах блондинке прилетел подзатыльник от Ксюшевой, и огонёк, с которым та игралась, улетел в узел ВТ «Домбай», который я достал и пытался добыть хоть какие-то детали. В итоге пламя, внешне размером с огонёк на свечке, прожгло плату насквозь и сплавило с металлическим столом. — Ой! Кристина, зачем ты это сделала?

— Ещё раз назовёшь «Крыской», обрежу тебе волосы, Спичка!

— Хватит! Ты, не играйся с огнём! — крикнул я приволжской немке, а ты, указал на русоволосую со странной фамилией, — не обижайся на детское прозвище. Крысы умные и умелые!

У меня не было домашних животных. Кроме нескольких лет в «деревне» (точнее небольшом селе около полигона, где отец над чем-то работал), когда я прикормил и выдрессировал пару этих милых и легко обучаемых созданий. Жаль, что взрослые этого не оценили. Хотя по зверькам было понятно, что белые грызуны далеко не дикие.

Не суть.

Пока я отвлёкся на детские воспоминание, две девушки молчали.

В итоге заговорила Ксюшева:

— С этой точки я не рассматривала прозвище. Но всё равно обидно! Крис, Ксю, Ксюша, Тина — я бы поняла! Так что всё равно, какими бы они не были умными, я не хочу быть Крыской!

— А я Спичкой не хотела. Но мнение группы по поводу прозвищ у нас так себе. Спичка, Крыска, Тётка, Плакса и Кира, — немного флегматично сказала блондинка и снова начала создавать между пальцев пламя.

Я кашлянул.

Огонёк в руках пироманьячки потух.

— Так, хорошо, короче, я, а так же остальные чучелки из нашей группы… Аё! — тут Кристине заслуженно прилетело от Ларисы по попе. Та поняла, что сама спровоцировала подругу и просто погладила место. — В общем, мы впятером обучались в пансионе вместе со второй группкой девчонок. Способности у нас были разные, так что на каждого ребёнка было по учителю. Государство о нас заботилось — факт. Особенно я это поняла, когда узнала, что наша директор из Пан… Ай! Сучка!

— Спасибо скажи. Ты что гос. тайны палишь? Вообще отупела? — пресекла нарушение закона Файнберг.

— Ладно-ладно. Это и не особо важно. Короче, нашу группу привезли на одну передачу.

— Да, ты тогда пищала от радости, всё-таки первый раз тебя взяли с собой для демонстрации публики.

— Ой, ты ещё вспомни, что ты на своей первой передаче вообще танк сожгла.

— Это по сценарию!

— Его тебе переписали! Ты должна была просто поджечь костёр на полигоне в шестидесяти метрах! Директор же сама рассказала эту историю. Или скажешь, что она врёт?