— Сууу! Вместе атакуем его! — Вождь поймал свою жену, разодрал цепь и началось сражение, за которым я уже не мог уследить.

Вождь сблизился с ребёнком.

Светлый человек стрелял пучками лазера или плазмы.

Чёрная создавала странные шары, которые атаковали сами и всасывали атаки их внука.

Судья же больше не атаковала залпами оружия, а стала едина с огромной фигурой, вооружённой косой.

Бой был однообразным. Ребёнок, по большому счёту, не особо сопротивлялся, словно чего-то ждал.

Спустя минут пять, а может быть и час, молчание прекратилось.

— Вот, теперь вы все на девятом, куда не смогли зайти для защиты страны, но перешли ради моей казни. Теперь в этом бое нет смысла, — сообщил Никита, и около его предков появились огромные полупрозрачные ладони, которые схватили каждую цель и понеслись вниз.

Послышались звуки падения, справа и слева от меня взметнулись столбы пыли.

— А вот и я. Хотя, что я перед тобой распинаюсь? А, точно, я в твоей памяти оставляю записку для Правителя.

Для кого? В смысле записку?

— Тут он себя кличет Вождь. Но его клан именовался иначе. «Вождь» — ругательное слово для них.

Клан? Почему ругательное слово?

— Это ни мне, ни тебе не важно.

Тогда про записку?

— То, что я скажу, считает Судья. Без вариантов. А переговоры со «злом», которым являюсь я, на них согласится только дедушка Даж. Понятное дело, что я оставлю подкуп и угрозу.

Всё равно не очень понимаю. Ты мог бы их всех уничтожить или поработить.

— Ну, до того, как я считал дубль ЕЕФА и тебя, я планировал убивать всех, кто только подумает меня тронуть. Увидев твою трусливую и глупую деятельность…

Разумную жертвенность.

— … ведь такой слабак полез спасать не только себя, а весь этот городок. Я задумался. Может, нужно подтолкнуть старичков на тот ранг, где они смогут больше?

И какой же у них ранг? Девятый? Какой же тогда у тебя? Я не верю, это невозможно.

— Дядя Младший Карпов, ты глуп. Ты сам видел зрелище, которое недоступно седьмым рангам. И восьмым. Для меня же было целью вывести их на девятый. Это создаст для меня интригу в случае следующего сражения.

Это странно. Зачем?

— Судьба стала размыта. Теперь я не могу увидеть свою судьбу.

То есть, ты предвидел свою скуку, Никита?

— Да. И то, что я не встречу любовь, если Пантеон падёт.

А теперь встретишь?

— Да. Теперь она появится на свет. Её породят, чтобы убить их. А моя жизнь станет веселее.

Я всё равно не понимаю, зачем Фестиваль меня тут оставляла?

— Ты — шкатулка.

Уже слышал.

— В некоторой степени, у нас есть схожесть. Среди всего населения города, нет ни одного человека, которого так же ненавидят родные, как тебя или меня.

Не может быть. Даже Капустин и Церн? Кстати, а что с секретарём Катей, она ответственна за безопасность самого проекта была.

— Мертва. Саботаж унёс жизни ста восемнадцати человек, в основном медицинский персонал и охрана матери.

Тогда почему не пришёл Пантеон?

— Потому что мой отец — Спящий красавец.

Я не знаю такого.

— Высокоуровневый сновидец, следящий за возможными катастрофами и даже преступлениями. Но он не седьмой ранг. Даже не шестой. Но его влияние огромно. Во-первых, он первенец Судьи. До его рождения у неё была только одна эмоция: любовь к Дажу. А потом, когда после родов взыграли гормоны. Нарушился баланс её способности, она открыла целую палитру эмоций: радость, горе, счастье, гнев, печаль, сочувствие, грусть…

Ты просканировал всех?

— Я уже упоминал, первыми именно родных. Суть в том, что отец — жестокое сухое существо, не способное на любовь.

Не понимаю, в принципе я похож на такое описание, но как он причастен к тому, что твои деды и бабки не пришли на зачистку террористов?

— Потому что, он хочет моей смерти.

Не понимаю.

— Я его ошибка. Из-за способности матери, которая блокирует способности любого сверха и даже целой области ниже шестого ранга. Не так, теперь она пробилась на седьмой. Безумная женщина, которая обошла его предсказания и использовала его, чтобы зачать меня. Точнее я побочный продукт.

Я так смотрю, что в Пантеоне женский пол весьма странный.

— Не то слово. Достаточно сказать, что она считала этого спящего зануду сказочным принцем, напилась для храбрости и вломилась в пещеру на Алтае, где и изнасиловала его. А потом подмешала кое-что в его кувшин, и этот чудак выпил воды с кедрялом… В итоге через неделю я себя осознал у неё в животике.

Что?

— Ничего. Семья у меня сейчас счастливая и таковой будет. Вот только теперь каждый день мой отец видит то, что я сделаю с миром.