Конечно, на самом деле она минимум на шестьдесят лет старше, но всё равно свидетелю это показалось бы странно.

И оказалось, что этот свидетель был. Точнее их было прилично.

— Я так и знала, что он жив, — вздохнула Ксюшева и убрала невидимость с группы людей.

*Цензура*.

Вокруг меня были: Алла Шишкина, Риса Файнберг, собственно Кристина, Кира Карпова, Лиза и Ева Перовы (хотя Тётка и Фестиваль они, никак иначе!), а так же почему-то Великий Донор тётя Оля «Долина».

Ну, это было в рамках нормы. Так же как Аделаида ни капли не выросшая ввысь, но немного став женственнее, и Ярослава, выросшая в подростка баскетбольного роста с красивым лицом и очками на носу. Хотя главная черта мамы у неё оказалась в разумных границах.

Вот смущало то, что вокруг были…

— Фестиваль, только не говори, что ты…

— Да, дорогой гражданский муж, это всё твои дети.

— А где мальчики? — спросил я, начав считать. С учётом старших в сумме вышло сорок две.

— Милый, а эмбрионы мальчиков от тебя оказались нежизнеспособными.

— Меня не было пять лет. Может, я чего-то не понимаю, но как это? Я счастлив каждой… — я вспомнил своё состояние вообще и в частности после телепотации. — Я бы вас всех обнял, но, думаю, что с этим лучше подождать.

Мои глаза разбегались.

Пугало, что некоторые были похожи на мою маму или Персею. Но всё равно они были милыми ангелочкам, которые смотрели на меня испуганными глазами.

— Генерал, слюни закатай и иди, готовься к бракосочетанию по направлению к солнцу. Кристина, убери миражи, все! — крикнула Чёрная. В ту же секунду степь превратилась в Белозёрск-93. Мой город.

Когда я принял ванну и вышел, то оказался не один.

На кровати сидела девушка-блондинка в белом платье до коленей, но без единого кружева. Она сидела с закрытыми глазами.

— Я так понимаю, что ты Анастасия? — спросил я.

— Настя. Даже по документам. Как и Лиза не Елизавета, — ответила она, словно робот.

— Ясно, — ой, а я Тётку называл иначе. — Зачем ты пришла сюда до свадьбы?

— Бумажки? Потом. Раздевайся.

— Нет. Объясняй. Мягко говоря, я тебя иначе запомнил.

Она открыла яркие голубые глаза и посмотрела на меня.

— Ты сделаешь мне сына, и он останется с тобой, пока я полечу на Марс.

— Ритуал?

— Он самый. Но Мигрень внесла в него коррективы. Мой сын должен был стать третьим твоим ребёнком, и единственным, о котором ты бы знал. А ещё, ты старше, чем Кира описывала.

— Да и ты не спешила со мной встретиться.

— Тогда я была эмоциональна. Я любила, стеснялась и боялась. Теперь я не верю в такое чувство, как любовь.

— А я верю, но не в ту, на которую способен я.

— Ну и дурак, — сказала девушка, встала и вырвала у меня полотенце, которое я обмотал вокруг пояса. — Понятно, только лицо и руки постарели, а вот тело для ботаника сорока лет ничего. Я себе представляла всё хуже.

— У Адама делать больше нечего, кроме как думать, роботов делать и заниматься на тренажёрах, — раскрыл я суть.

— Понятно. А теперь отпусти полотенце, — скомандовала девушка и рванула. После чего задрала подол, под которым оказались простенькие белые стринги. — Записывать не будем. Помолодеешь, тогда можно.

— Я так понимаю, что ты вышла на шестой уровень? Тогда и потеряла эмоции? Когда это случилось?

— В восемнадцать. А потом я училась. Медицина и техника, техника и медицина. Если до шестого уровня я мечтала о тебе, то теперь у меня есть цель: Марс. Кстати, когда я вернусь, то мы разведёмся.

— Стоп, почему?

— Это часть ритуала.

— Не понимаю.

— Тебе и не надо. Но, я верну утраченное, если всё выполню.

— Ясно.

Дальше я понял главный плюс сверхжены: она не стареет. Пусть и обладает сверхразумом. А вот запись-то я сделал, но только от первого лица.

Дальше была простенькая свадьба, я несколько дней играл с дочками. Шесть из которых оказались Сонями. Забавно.

Но кое-что было, чего я не понял.

— Эм, Ольга… товарищ Долина, вон те три пацанки утверждают, что вы их мама.

— А ты папа. И что? — ответила девочка, пятидесяти лет, но на вид-то ей намного меньше!

— То есть, Вы использовали мой материал, который предназначался Фестиваль?

— Конечно, не буду же я бегать по научному центру и что-то искать, если это есть. Кстати, бабуля передала тебе привет. Навести её, она уже старенькая. Очень.