Решила припрятать мешочек в одном из внутренних карманов куртки. Руки сами наткнулись на кинжалы.

Я попробовала взять их в руки и провести пару приемчиков, как тело отреагировало моментально. Со скоростью, даже не заметной глазу руки произвели какие-то движения и метнули кинжалы в недалеко стоящее дерево.

Я ошалело наблюдала за ними некоторое время, а потом все-таки достала их из дерева и вернула на место. Это не мои умения однозначно, а бывшей хозяйки этого тела. Уж такого мое многострадальное сознание, замученное работой и сдуревшей от недолюба начальницей, никогда бы не смогло изобразить. Я на работе уставала так, что мне не до книжек и сериалов было, а лишь бы успеть поесть приготовить да упасть, куда помягче. Рисковать я не хотела – в бой ввязываться тем более.

Подняла клинки с земли, и руки опять же отточенным движением отправили их за спину, разместив крест-накрест. Мышечная память работала на ура.

Спокойно, Уля, уговаривала я себя, повторяя это словно мантру. Чует моя попенс, что уходить отсюда надо прям уже давно. А вот куда мне идти? Я замерла на месте, оглядела округу внимательно, но следов человека, или кто тут водится, не нашла от слова совсем, и стала прислушиваться.

При очередном дуновении ветра до меня донеслись слабые звуки лошадиного ржания и окриков. Ну, что же, значит нам туда! Идти пришлось с добрых тридцать минут, хоть лес и не был заросшим, но все-таки тропы не было никакой и направление пришлось выбирать, только ориентируясь на звуки. Но вскоре деревья стали все реже, и я вышла на хорошо протоптанную широкую дорогу.

Если тут и был кто-то – он уже скрылся за видневшимся поворотом. Дорогу спросить тут явно не у кого. Да и вдруг я языками не владею?

Покрутив головенкой по сторонам, я все-таки решилась двигаться на юг. Но не по самой дороге, а вдоль нее, но держа ту в зоне видимости. Я ж понятия не имею, где оказалась и кто тут аборигены. А вдруг у них тут средневековье и баб на кострах жгут? А я еще при таком параде да с оружием?

Сколько я шла – сама не знаю, но уже ноги гудели, хотелось есть и пить неимоверно, да и солнышко к закату начало клониться.

Я выбрала небольшую полянку прямо у самой дороги, села на одно из поваленных деревьев и достала сыр с флягой воды. Пробовать было страшно, но помереть с голоду или от отравления – разница не большая, а итог один. Поэтому чувство голода все пересилило, и я с аппетитом откусила и начала жевать сыр, запивая все с жадностью умирающего в пустыне.

– Эй, наемница! – услышала я возглас со стороны дороги – Куда путь держишь?

Я аж опешила сначала. Это меня что-ли зовут? И я понимаю, о чем он говорит! Я решила сделать моську кирпичом и повернуться к зовущему.

Ко мне подъехал на груженой подводе невысокий, мне чуть до плеча, но уж очень широкий мужчина, словно гном, с рыжей бородой. Я смерила его косым взглядом.

– Не серчай, что потревожил! Я тут останавливаюсь, когда домой возвращаюсь с ярмарки. Не ожидал, что тут кто-то еще есть – пожал он плечами – Звать-то тебя как?

– Да как хочешь зови… – махнула я рукой, не чувствуя от него никакой угрозы.

– Понятно, имя свое скрываешь. Знать, от гильдии ушла?

– Ушла – решила я согласиться с ним.

– И отпустили? Али откупилась?

– Откупилась – решила я поддерживать легенду.

– А работенку не хошь взять? Подводу мою охранять завтра и послезавтра, пока в город не вернусь. Мой-то охранник на ярмарке упился, что ехать не смог, окоянный. Дам две сребрушки – с хитрецой в глазах предложил гном.

– Хм, у меня есть другое предложение – ты меня подвезешь до города, да посоветуешь, где лучше и недорого остановиться, расскажешь, что да как там, ужин с тебя, а я поохраняю тебя с твоей подводой – еще хитрее сощурила глаза в ответ.

– А идет! Меня Грэмом кличут. Я в Фарбурге и Стокбурге человек известный.

– А я Уля.

– Кхм, имя у тебя странное, заморское – У-уле-ея. Расскажешь откуда? – перековеркал он мое имя на свой лад.

– Неа – ответила я, но руку Грэму пожала.

– Сделка! – крикнул он, а на его руке высветился знак.

– Сделка – ответила я, и на моей руке также появился знак. Я покосилась на него, но в открытую рассматривать побоялась. Где-то на задворках памяти всплыло осознание, что заключили мы магическую сделку, которая не даст нам обмануть друг друга или причинить какой-то вред.

Грэм распряг своего коня, сочинил костер, достал откуда-то шмат мяса и быстро пожарил его на открытом огне, часть отдал мне, а остальное умял сам. Я прямо таки наслаждалась вкусом, пока медленно жевала угощение.

– Ты пока поспи, а в ночь подежуришь – предложил он.

Я спать, конечно, не собиралась, но головой кивнула, и прилегла рядом с одним из деревьев, достав клинки из-за спины и разложив их по бокам от себя.

Сморило меня почти сразу, но каким-то странным сном – я слышала все, что происходит вокруг, но при этом спала. Да и голова вполне себе работала – а вот тело словно отключилось. Эти навыки явно были не мои, ибо я дрыхла обычно так, что из пушки не разбудишь. А вот бывшая обладательница этого тела явно привыкла быть настороже всегда. Да и судя по тем обрывкам воспоминаний, что я успела посмотреть – девчуля была не простой, хоть и молодая, да уже великолепный воин. Или киллер.