За домашней работой я аккуратно выспрашивала у Катерины, что да как у них тут творится, чем живут простые люди, какой у них тут быт, нравы да вероисповедание, чтобы ненароком не нарушить каких запретов или законов.

Женщина с удовольствием делилась всеми новостями и рассказывала про их жизнь и нравы, и к концу недели я уже знала все местные новости и сплетни.

Через месяц мое поместье было готово. Дом как с картинки смотрел на меня отреставрированным фасадом, новыми окнами, сияющей металлической крышей и восстановленными коваными элементами декора, а также парой статуй богини по краям ступеней крыльца. Ограда вновь опоясывала усадьбу, а, благодаря трудам Якоба, вьющееся растение с мелкими цветочками очень красиво оплетало камень. Сад практически принял свой первозданный облик и был очень красивым. Словно маленький дворец из сказки.

В один из солнечных дней я решила пойти в местное отделение банка, чтобы узнать, как обстоят дела с моими капиталами. Оседлав Грозу, я через полчаса уже сидела напротив клерка. Протянув ему документ с номером счета, ждала, пока он удостоверится в правдивости информации. Я сняла несколько десятков золотых монет на жили-были, остальные вложила на специальный банковский счет, и теперь ежемесячно получала ренту. Этой суммы с лихвой хватало на оплату труда моим домочадцам, содержание усадьбы и еще на женскую радость каждые выходные – шопинг. Поблагодарив молодого человека, я покинула помещение и направилась к своей Грозе. На улице в это время что-то непонятное происходило: народ шеренгой встал вдоль дороги и вглядывался в сторону городских ворот, кто-то выглядывал из окон второго этажа, ребятишки взбирались на всевозможные возвышенности, чтобы была возможность все посмотреть, не мешаясь при этом у взрослых под ногами. Молодые девушки в спешке поправляли прически и макияж. Прямо как будто ожидают начало карнавала. Толпа была довольно плотной, и мне было не очень хорошо видно из-за людей, что же все-таки происходит. В это время от городских ворот начала движение колонна всадников. Люди радостно приветствовали их, кидали к копытам их лошадей цветы, а некоторые девушки – свои ленты и платочки. Я подошла к своей Грозе и взобралась в седло. В этот момент колонна продвигалась в мою сторону, и я увидела, что это были человек пятнадцать молодых мужчин, примерно от двадцати до тридцати лет. Все они ехали верхом на роскошных краолах, а это значит, что все они были из знатных родов. Но больше всех мое внимание привлек всадник, который возглавлял эту процессию. Мужчина, слегка за тридцать, с длинными белоснежными волосами, кончики которых переходили в слегка золотистые – видимо, выгорели на солнце, чуть прищуренные глаза, снисходительно-хитроватая улыбка на не очень полных, но очень соблазнительных губах, слегка переросшая щетина очень гармонично вписывалась в его образ. На одной брови у него красовался небольшой шрам, который не только не портил красоту его лица, но и наоборот, придавал ему особую изюминку. Роста он явно был внушительного, и сквозь наполовину расстегнутую рубашку проглядывал рельеф стальных мышц, которыми он слегка поигрывал, управляя своим просто огромным краолом. Сказать, что он был красив – ничего не сказать: но красота эта была брутальная, мужская, совсем не похожа на красоту наших земных мальчиков-моделек с гладкой, как у младенца, розовой кожицей и маникюром. Он лениво осматривал людей, собравшихся его поприветствовать, иногда слегка кивал головой, пока его взгляд не упал на меня. Его странные глаза смотрели на меня гораздо дольше, чем на кого-то из толпы, в них даже промелькнуло не то любопытство, не то легкая заинтересованность. А у меня от него аж мурашки пошли по спине – абсолютно черные склеры с красноватой радужкой выглядели довольно жутко, но ему это очень шло, придавая его виду какую-то темную притягательную ауру. Но с той же величавой неспешностью он проехал дальше по улице. В тот момент я подумала, что мне это показалось. Мне ничего не оставалось, как только сидеть верхом на своей лошади и ждать, когда уже этот парад закончится, и люди, наконец-то, разойдутся и дадут мне спокойно проехать.

Я возвращался от старшего брата, который снова устроил мне головомойку. Снова один из этих папаш-наседок пожаловался, что я насильно увел в свой замок его дочку. Его прямо завалили жалобами всех мастей. Вот только мне никогда не приходилось никого насильно тащить к себе – эти девки сами прыгали ко мне в койку с радостью. Ведь каждая из них считала, что она та самая, которая сможет выдержать всю силу иштара и стать матерью его детей. И хозяйкой всего моего состояния. Наивные.

Моя сила была настолько велика, что сам император не мог со мной долго находиться в одном помещении. Это было мой дар и мое проклятье. Даже друзья – сильнейшие маги империи не могли находиться со мной рядом больше недели. Они становились вялыми, теряли интерес к жизни и всему, что вокруг происходит. Я подавлял всех окружающих, да и мои глаза уже давно почернели от бурлившей внутри силы, а радужка приобрела красноватый оттенок.

Потому и содержал целый гарем этих куриц – ведь одна ночь со мной равна недельной апатии и слабости. А во время секса я мог и не сдержать свою силу и вообще убить их. По истечении года я отправлял их обратно с крупным вознаграждением. Больше никто не выдерживал, а становиться убийцей молодых обедневших аристократок или купеческих дочек я не хотел от слова совсем. Многие родители пользовались этим и наперебой предлагали мне купить их дочурок.

Вот и снова, въезжая в свой город, я наблюдал, как жительницы всех возрастов от шестнадцати до шестидесяти призывно улыбались мне, размахивая лентами и букетиками цветов, выстроилась целая толпа.

Я медленно скользил взглядом по этому цветнику, пока мой взгляд не зацепился за что-то выбивающееся из общей картины.

Это была незнакомая мне девушка, сидевшая верхом на краоле. В ее лице не было никакой заинтересованности в происходящем. Скорее наоборот – ее раздражало это сборище, но приходилось терпеть, пока все закончится, чтобы проехать.

Она мазнула по мне равнодушным взглядом зеленых глаз и отвернулась. Внутри у меня царапнула легкая обида – я слишком привык к ажиотажу среди женщин рядом со мной, а тут – полный игнор.

Внутри меня всколыхнулась волна магии, которую я с трудом сдержал, и потянулась в ее сторону. Мой дар требовал насыщения.

Я жестом подозвал начальника охраны своего замка.

– Разузнай, кто это и доложи – тихо проговорил я ему, мотнув головой в сторону незнакомки.

Киран – шкафообразный мужик, который с молодости учил меня военному искусству, а после возглавил мою службу охраны, всегда был немногословен, за что я его уважал еще больше. Он на несколько секунд задержал взгляд на девушке, после утвердительно кивнул головой.

Мы продолжили движение по заполненной улице дальше, направляясь вверх по холму к въезду в замок. Но меня то и дело подмывало оглянуться назад и еще раз посмотреть на девушку. Даже тех нескольких секунд мне хватило, чтобы запомнить ее образ – тонкая, стройная, невысокая – даже до плеча мне не дотянется, красивые волосы темным водопадом струятся по спине и эти глаза – чистого насыщенного изумрудного цвета. Она явно не из простых горожан – чувствовалась в ней порода. Да и реакция моего дара на нее говорила о том, что она обладает магией. Вся ее внешность показалась мне знакомой, но я точно знал – ее я никогда раньше не встречал. Иначе я бы запомнил.

Хм, она бы стала отличным экземпляром в мою коллекцию. Я даже улыбнулся уголками губ от этой мысли.

Завтра Киран узнает о ней все.

Попав домой, я, за чашечкой чая с булочками, рассказала Катерине, что сегодня видела в городе. Та лишь головой покачала:

– Начинается.. Сейчас каждая девица от четырнадцати до шестидесяти будет перед ним юбками вертеть – каждая захочет получить приглашение на осенний бал, чтобы иметь возможность познакомиться поближе с герцогом да его дружками.