— Послушайте, куда вы спрячетесь, когда начнется бомбардировка или обстрел? Тут же ребенок. Это ваша дочка?

— Да, моя, — ее голос вроде бы потеплел.

— Оставаться здесь небезопасно, подумайте о дочери. Вам надо срочно уходить отсюда.

— Куда я пойду? — с холодным равнодушием ответила она.

— Ну а муж-то ваш где?

— Нет у меня мужа.

— Кто же отец ребенка?

Женщина ничего не ответила.

— Наверное, он погиб? — спросил я участливо.

Глядя куда-то в сторону, женщина рассеянно сказала:

— Нет, почему же? Он жив.

— Так почему же он вас бросил здесь в такое время?

— Он армейский капитан и теперь в Фунюане.

Я хотел было сказать: «А, марионеточный капитан!..» — но сдержался. Однако, что-то надо предпринять, чтобы обеспечить безопасность этой женщины с ребенком. Я еще раз пожалел, что она не эвакуировалась вместе со всеми. Может, не хотела расставаться со всей этой роскошью — телевизором, приемником, шикарной мебелью, нарядами? И почему она говорит, что у нее нет мужа, ей некуда идти, когда на самом деле муж служит капитаном в Фунюане?

На улице послышался топот бегущих ног. Я обернулся: в дом влетел парень с автоматом на плече. Он был местный, сайгонский доброволец, присоединившийся к нам в начале операции. Увидев меня, он просиял, потом обратился к женщине:

— Ты еще здесь? А он где? — вопросы сыпались один за другим. Она не отвечала, и парень продолжал: — Ты еще не сказала про него? — Он повернулся ко мне: — Здесь прячется янки-дезертир!.. — Я не успел еще удивиться, как доброволец опять обратился к женщине: — Ты скажи нашему американцу, пусть вылезает. Ну-ка, вставай с дивана, я его сам вытащу…

С этими словами он решительно двинулся к дивану. Женщина поднялась, прижимая ребенка к груди. Парень, не снимая автомата, наклонился над диваном и начал шарить рукой, видно, открывая защелку. Он откинул сиденье дивана, будто крышку деревенского сундука, бормоча себе под нос:

— С полуночи в деле, никак вырваться не мог, только сейчас удалось забежать, я уж думал, что…

Я приблизился к дивану, парень наклонился и позвал:

— Эй, Моро! Моро! Слышь, вылезай!

И тут я увидел негра. Он прятался, собственно, не в диване, а в глубоком подземном убежище, вход в которое был скрыт под сиденьем дивана. Зрелище, признаться, впечатляющее. Я даже глаза вытаращил, а молодой сайгонец, как ни в чем не бывало, объяснял:

— Это Моро. Знакомьтесь: Эдуард Моро, рядовой американских ВВС. — Сайгонец дурачился, явно наслаждаясь моим изумлением: — Он солдат, но служил на побегушках, точнее, возил в машине белых американцев. — Закончив представление, сайгонец сказал американцу: — Перед тобой вьетконговец, можешь с ним поздороваться.

Все это время негр стоял в своем укрытии по стойке смирно, вытянув руки по швам. Теперь же, когда ему сказали, что надо поздороваться, он совсем растерялся. Я не выдержал, прыснул со смеху, потом сказал, протягивая негру руку:

— Вылезайте!

Он нерешительно взялся за нее обеими руками, затем ухватился покрепче, и тут я с неожиданной для него силой рванул и мгновенно вытащил его из ямы. Моро чуть было не растянулся передо мной, но сумел удержаться на ногах.

— Спасибо вам, мистер, спасибо, — пробормотал он.

Молодой сайгонец, прежде чем поставить диван в нормальное положение, указал пальцем вниз и проговорил:

— Моро в этом подземелье провел без малого три месяца, он сидел там почти со времени нашего новогоднего [35] наступления на город. — Он поглядел на негра и улыбнулся: — Если бы не сегодняшний успех вьетконговцев, неизвестно, сколько бы времени еще пришлось тебе просидеть под землей. Слышишь, Моро?

Моро тоже заулыбался, косясь в мою сторону. Вслед за мной он вышел на середину комнаты и остановился рядом с женщиной. Молодой сайгонец, показав на нее, произнес:

— Это Оань, девчурку зовут Кэм, а меня — Лыу. — Затем обратился к женщине: — Эвакуироваться теперь ты не успеешь. В случае чего укроешься в убежище вместе с ним. — Он повернулся к негру и продолжал: — Моро, слышишь, ты тоже спрячешься в подземелье, а потом явишься к вьетконговцам. Ну, а мне пора, мои ребята там небось заждались. Я ведь отпросился всего на минутку. Не иначе как скоро будет контратака… Теперь у меня в руках оружие!..

Он с довольной улыбкой похлопал по стволу автомата и, кивнув на прощание, выбежал на улицу.

Я посмотрел ему вслед: над развалинами домов, над огнем и дымом занимался рассвет. Времени у меня оставалось в обрез, я скомандовал:

— Живо! Спускайтесь все в убежище.

Оань с девочкой на руках двинулась к дивану, а Моро стоял в нерешительности.

— Может, я могу вам помочь, — проговорил он.

— Это потом, а сейчас спускайтесь в укрытие.

Моро, нажав защелку, открыл вход в убежище. Я взял девочку на руки и помог Оань спуститься вниз, А заодно, улучив момент, повнимательнее рассмотрел подвал. Там лежал надувной резиновый матрац, вокруг него, как и в комнатах, валялись консервные банки, пачки с печеньем, раскрытые и еще непочатые. В подземелье легко могли уместиться человека три, и мне оно показалось относительно надежным.