Паша быстро запустил просмотр с камеры. Немного побродив по линии «кухня — санузел — прихожая», Даша вошла в зал и уселась на диване, довольно раскинув руки по спинке. Неплохо для первого раза после эпик фейла. Кощей выставил рычаг коробки передач в нужное положение и тронул машину с места.

У него есть целых три дня, чтобы уговорить Дашу поехать с ним в загородный спортивный клуб Тяжелкова на девятое мая. Номер Павел уже забронировал.

После ухода шефа Даша прибралась на кухне, полюбовалась на цветы и утащила их в комнату. Красиво же! И приятно. Умеет Павел Константинович быть душкой, когда хочет. А когда не хочет — не быть. Что самое удивительное: Дашин монстрочувствительный радар не диагностировал в действиях Кощея второго дна. Он просто делал то, что хотел. И сейчас он искренне хотел порадовать Дарью. Не потому что обязан. Или так принято. Или вынужден, потому что по-другому не даст. Или потому что хотел выпендриться. Нет. Поляков думал о ней. Не только в плане эротических фантазий, а вообще.

Впервые кто-то думал о том, чтобы сделать приятное ей.

Ей, а не собственному самолюбию.

Это было непривычно.

Так получилось, что Даша не гуляла с мальчиками в школе. И в вузе тоже. В школе - потому что боялась маминых истерик. Ко времени учебы в университете Несветаева уже научилась скрывать знакомства и искусно врать. Но сперва на парней времени не было, а потом стало не до того. Мама заболела, и Даша до последнего старалась совмещать учебу с работой. Вскоре работы стало столько, что вздохнуть некогда. А затем был первый секс. Даша так боялась потерять работу, что была согласна на все. Даже на лишение девственности в бытовке.

Забавно: она ясно помнила ощущения, будто это случилось вчера. Но начисто забыла его лицо и имя. Или просто не хотела вспоминать. Это был первый Козел в Дашиной жизни. Было больно и противно. И в полной мере соответствовало маминым характеристикам. Он сказал, что было прикольно, у него раньше девственниц не случалось. Но он предпочитает женщин умелых. Это не значило, что теперь Даша может выдохнуть. Это означало, что ей следует подучиться. Порно посмотреть, например.

Ночью, с выключенным звуком, под одеялом, Дарья впервые смотрела видео для взрослых. Это было отвратительно. Но возбуждающе. Тогда и пробудился ее похотливый монстр, а Даша поймала свой первый оргазм. Потом научилась использовать то и другое.

Это было гадко и не имело никакого отношения к Павлу Константиновичу. Или Павел Константинович не имел с тем опытом ничего общего. Как и шикарный букет в наскоро обрезанном тетрапаке. Все это чуждо ее жизненному опыту.

А ведь кто-то так живет!

Почему кто-то может так жить, а она вынуждена сосать вялые члены вонючих козлов?

Словно ответом на вопрос зазвонил телефон. Мама просто на удивление сегодня ничего не испортила. Кроме настроения. Но тут уж, как говорится, родителей не выбирают. Кто родил, с тем и страдают. Даша включила телефон на громкую связь.

— Здравствуй, доченька! — начала мама непривычно. За эту фразу мама в один момент заслужила звание мастера по разрыванию шаблонов международной категории.

— Здравствуй, мама. Как ты?

— Скучаю.

От одного слова у Даши на глаза навернулись слезы. Как она смеет так плохо думать о маме?! Мама — единственный родной ее человек. Никому, кроме мамы, она не нужна!

— Я тоже скучаю, мама.

— Возвращайся.

— Мам…

— Ты там питаешься наверняка непонятно чем, опять гастрит заработаешь…

— Я хорошо поужинала.

— Какой-нибудь лапшой химической?!

— Мам, у меня солянка была на ужин. С курицей, — похвасталась Даша.

— Ну хоть кто-то из нас нормально питается, — шмыгнула носом мама. — Правильно, ты молодая, тебе нужнее. А мне-то все равно помирать скоро…

— Мам, ну зачем ты так?

Вот она ду-ура! Хвастовство — великий грех. Оно будит в людях зависть. А в сочетании с чревоугодием… Да приправленный блудом… О, нет! Ни слова о блуде!

— Да что же ты оправдываешься? — похоронным тоном продолжала мама. — Да ты не оправдывайся. Я же понимаю. В большом городе и уровень жизни, конечно, нужно поддерживать. Модные шмотки всякие, цацки дорогущие… Не то что у нас, в глубинке. И продукты тоже покупать какие попало-то нельзя. Засмеют. Скажут: «Деревенщина». Понятно. А мама-то и рожечки может. С маслицем. Растительным. Да гречечку. Гречка, правда, подорожала…

— Мам, ну что ты? — включилась в уже знакомую игру Даша. Она знала ее на зубок. — У тебя же давление! Тебе нужно хорошо питаться. Овощи, фрукты.

— Да зачем уже… Неизвестно, сколько я еще протяну…

— Мам, ну давай я тебе денег переведу? Я как раз вчера две курсовые закончила, заказчики рассчитались.

— Да зачем? Тебе самой деньги нужны. Тебе же там квартиру снимать. Вдвоем-то дешевле вышло бы. Но понятно, зачем тебе там старушка-мать…

Даша закатила глаза к потолку, сжала кулаки, разжала, беззвучно выдохнула.