Шрифт:
– А если Цао Цао не отпустит вас? – спросил Чэнь Чэн.
– Тогда я умру, но здесь не останусь!
– В таком случае пишите ответ и избавьте брата от томительного ожидания.
В ответном письме Гуань Юйя говорилось:
Мне, недостойному, известно, что человек долга никогда не обманывает, а верный – презирает смерть. В детстве я учился и кое-как разбираюсь и в этикете, и в долге. Я не могу не вздыхать, вспоминая о Ян Цзюэ-айе и Цзо Бо-тао.
Защищая Сяпи, я был исполнен решимости держаться до смерти. Но в городе не было припасов, и не приходила военная помощь извне. Кроме того, на мне лежала ответственность за безопасность двух женщин. Я не смел рисковать жизнью и предпочел поступиться доверием, оказанным мне. Вот почему я стал пленником, не теряя надежды на возможность встретиться с вами. Недавно я узнал, что вы в Жунане, но не пришел: решил прежде проститься с Цао Цао и доставить вам ваших жен.
Я говорю от чистого сердца. Если у меня иные намерения, пусть меня покарают люди и духи! Кистью на бумаге не изложить всего, и я надеюсь, что скоро паду ниц перед вами, и тогда все скрытое прояснится.
Чэнь Чэн удалился, унося с собой письмо, а Гуань Юй отправился к Цао Цао. Цао Цао, узнав о цели его прихода, вывесил на воротах дощечку с надписью, что никого не принимает. Пришлось вернуться ни с чем. Такой прием повторялся несколько дней подряд. Тогда Гуань Юй пошел к Чжан Ляо, но и тот уклонился от встречи с ним, сказавшись больным.
«Цао Цао пустился на хитрость, чтобы не дать мне уйти! – подумал Гуань Юй. – Но я здесь больше не останусь!»
Он велел приготовить коляски для женщин и написал Цао Цао прощальное письмо:
С молодых лет я служу Лю Бэю, дяде императора, и поклялся жить и умереть с ним вместе. Эту клятву слышали царь Небо и царица Земля.
Вы милостиво приняли условия, поставленные мною в Сяпи. И вот я узнал, что господин мой находится в войсках Юань Шао. Помня о союзе, я не смею изменить ему. Велики милости ваши, но нельзя забывать старый долг. Я пишу вам прощальное послание и смиренно прошу подождать иных дней, когда я смогу отблагодарить вас за милости, еще не оплаченные.
Отправив человека с письмом во дворец Цао Цао, Гуань Юй собрал в связки все золото и серебро, полученное в подарок, разложил их в кладовой, повесил свою печать в приемном зале и затем попросил женщин занять места в колясках. Сам он вскочил на Красного Зайца, взял в руку меч Черного дракона и в сопровождении верных людей, уже давно служивших ему, направился к северным воротам.
Стража пыталась задержать его, но Гуань Юй замахнулся мечом и закричал так грозно, что те разбежались.
– Охраняйте коляски и идите вперед. Если нас будут преследовать, я один сумею задержать погоню. Главное – не тревожьте женщин! – наказывал Гуань Юй, когда они миновали ворота.
Слуги покатили коляски по дороге.
Цао Цао размышлял, как поступить с Гуань Юйем, когда неожиданно ему подали письмо.
– Гуань Юй уходит! – заволновался он, пробежав письмо глазами.
Прискакал с донесением начальник стражи городских ворот:
– Гуань Юй ушел на север со своими невестками в сопровождении двадцати слуг.
Из дома Гуань Юйя прибежал человек:
– Гуань Юй оставил все вещи и служанок во внутренних покоях, повесил печать в приемном зале и ушел из города, не взяв с собой никого из слуг, присланных ему чэн-сяном.
Военачальники ужаснулись.
– Дайте мне три тысячи закованных в броню всадников, и я доставлю Гуань Юйя живым! – воскликнул один из них.
Взоры всех обратились к нему – это был Цай Ян.
Вот уж поистине:
Пещеру большого дракона едва лишь покинул он,Как встретил свирепое войско, что было страшней, чем дракон.О том, как Цай Ян собирался преследовать Гуань Юйя и что из этого получилось, вы узнаете из следующей главы.
Глава двадцать седьмая,
в которой будет идти речь о том, как «гун Прекрасной бороды» совершил путешествие за тысячу ли и у пяти застав убил шесть военачальников
Из всех военачальников Цао Цао только один Цай Ян терпеть не мог Гуань Юйя – вот почему он и вызвался его преследовать.
– Уход Гуань Юйя вполне понятен: он не забыл своего прежнего господина, – сказал Цао Цао. – Вот достойный муж, и все вы должны подражать ему!
Цай Яну преследовать Гуань Юйя он запретил.
– Вы, господин чэн-сян, обращались с Гуань Юйем милостиво, а он ушел, даже не попрощавшись с вами, – заметил Чэн Юй. – Да еще своими сумасбродными речами и этой писулькой унизил ваше достоинство! Это преступление! Надо убить его, чтобы предотвратить дальнейшие бедствия, ибо позволить ему уйти к Юань Шао – значит дать крылья тигру!
– Нет, не преследуйте его! У каждого есть свой господин. Я дал согласие на его уход, как же я могу нарушить свое слово? – ответил Цао Цао. Однако Чжан Ляо он потом говорил: – Гуань Юй вернул золото и повесил печать – богатство не тронуло его сердце, титулов оказалось недостаточно, чтобы заставить его изменить долгу. Таких людей я глубоко уважаю. Думаю, что он ушел еще не очень далеко, и хочу попытаться вызвать у него чувство привязанности ко мне. Догоните его и попросите подождать, пока я приду проводить его. Подарите ему денег на дорогу и военную одежду – пусть он вспоминает обо мне.