Шрифт:
— Без сюрпризов.
— Вы можете уйти через тот коридор, — сказала она, указывая налево.
— Шеф, я понимаю, для вас это сложная ситуация…
— Чем именно?
— Я хочу сказать, технически вы на стороне Моны. Если мы отстоим наше дело, она проиграет. Более того, будет выглядеть идиоткой.
Бет легонько стукнула его по руке.
— Продолжайте говорить такие вещи, Кингман, и, возможно, со временем я начну мириться с вашим существованием.
Рою показалось, что он заметил тень улыбки, потом Бет повернулась и пошла по коридору. Он вышел из здания и направился к своей машине, когда рядом возник долговязый молодой мужчина в твидовом пиджаке.
— Рой Кингман?
— Да?
Мужчина вложил Рою в руку свернутые трубкой документы.
— Считайте себя обслуженным.
Парень быстро исчез, а Рой развернул бумаги.
«Шиллинг и Мердок» подала на него в суд.
Глава 104
Сэм Доннелли не выглядел слишком довольным, когда выехал в маленьком кортеже из Белого дома. Бывший армейский двухзвездочный, он стал конгрессменом, а потом поднялся до самой высокой позиции в разведке благодаря политическим дивидендам, прежней военной службе и членству в Разведывательном комитете Конгресса. Он поседел на службе своей стране и имел репутацию лишенного сантиментов администратора с практичным подходом к делу.
Джарвис Бёрнс сидел напротив него в лимузине со звукоизоляционной перегородкой, отделяющей водителя и телохранителя от задних сидений. Бёрнс сражался вместе с Доннелли в болотах Вьетнама, до того как их пути после военной службы разошлись. Когда они вновь встретились, вера Доннелли в Бёрнса обеспечила последнему заметную свободу действий в управлении одной из самых важных и секретных программ среди американских контртеррористических операций.
— Трудная встреча? — спросил Бёрнс.
— Можно и так сказать.
— Хотел бы я быть с вами.
— Директору ЦРУ временами вожжа попадает под хвост. Просто хочет показать, что он тут тоже из главных. Я брошу ему кость. Нельзя превращать его во врага. В конце концов, ДНБ — только первый среди равных.
— У нас слишком неуклюжая структура. Большинство стран намного прямолинейнее в отношении разведслужб.
— При таком количестве «разведывательных» агентств, которые обжуливают друг друга ради влияния и бюджетов, по эту сторону Атлантики гарантированно не будет ничего прямолинейного.
— Но результаты говорят сами за себя.
— Совершенно верно. Ни одного террористического нападения в Америке с одиннадцатого сентября. И это не случайность. Мы делаем дело, и президент это понимает. А это важнее всего.
— Общественность тоже понимает.
— Ну если они узнают о некоторых людях, которых мы финансируем, добром это не закончится.
Бёрнс кивнул.
— Но мешок, полный риалов или динаров, больше не справляется с задачей. Обеспечивать безопасность страны — серьезное дело. У нас есть деньги и/или каналы распределения финансов, а у них — нет. У них есть вещи, которые нам нужны. Это просто коммерческая операция.
— Это сделка с дьяволом, коротко и ясно.
— Но меньшим дьяволом, чем тот, с которым мы сражаемся.
— Джарв, как ты заставишь их играть честно? Они постоянно меняют свое отношение. Мы платим тем же мерзавцам, которые в прошлом году стреляли в нас и взрывали нас.
— Мы сражаемся за правое дело, сэр, тем оружием, которое у нас есть. Какова альтернатива?
Доннелли уставился в окно, за которым мелькали знаменитые монументы.
— У нас нет альтернативы — по крайней мере, сейчас, — проворчал он.
— Все мы делаем то, что должны, сэр. Вы — политический назначенец. А я — просто рабочая лошадка.
Это заявление не обрадовало Доннелли.
— Они могут вызвать в суд кого угодно, Джарв. Включая тебя. Не забывай об этом.
— Простите, если я создал другое впечатление.
— И все заменимы, включая тебя.
— Я никогда не думал по-другому, — сдержанно сказал Бёрнс.
— Мы делали то, что нужно сделать ради выживания в Юго-Восточной Азии. Я не горжусь этим и, возможно, сегодня поступал бы иначе, но я не собираюсь критиковать задним числом любые решения, от которых зависит безопасность страны.
— Мы справимся с этим, директор.
— Справимся?.. Ну просто помните, что в моей службе жертвуют всеми, с самого низа и доверху. Никогда не упускай это из виду, Джарв. Никогда.
Доннелли несколько секунд смотрел на Бёрнса, потом отвернулся.
— С деньгами ситуация такая же напряженная, как и всегда. А если не будем платить этим мерзавцам, мы можем получить чемоданчик с ядерной бомбой, взорванный в каком-нибудь очень неприятном для нас месте. Цели определенно оправдывают средства. В свою бытность конгрессменом я немедленно начал бы расследование в отношении главы любой службы, произнесшего эти слова. Теперь, когда я сам нахожусь на таком посту, я их понимаю.