— Зарука мучают кошмары. Из-за них он причинил боль одному из моих друзей, — обвинила я, сузив глаза от гнева.

— Она в порядке? Я могу ослабить боль.

— Я не говорила, что это она.

— Ты слишком красива, и Король Орды не позволил бы тебе иметь рядом друзей-мужчин, ваше величество. — Киллиан плутовато ухмыльнулся. — Пришли её ко мне, и я облегчу боль.

— Она мертва, и ей уже не помочь. — Я посмотрела через палатку и увидела группу девушек, выбегающих из самой дальней комнаты.

— Прости. Я не знал, что твоей подруги нет.

— Откуда тебе было знать? Сними проклятие с моих людей или покинь мой дом. Я не потерплю, чтобы мой народ был проклят, когда уходит на битву. Не тогда, когда они пришли предложить одного из наших принцев твоему двору, чтобы забрать десятину. Так было сделано, чтобы помочь заплатить то, что, ты не в состоянии, — прошипела я, пристально наблюдая за ним. — Ты здесь гость. И только от тебя зависит, как будем тебя принимать.

— Айла, найди людей, которых прокляла, и сними проклятье, живо! — приказал он, не отворачиваясь от меня.

Я посмотрела на его сестру, отметив, насколько хмурый взгляд она остановила на мне. Я не прерывала зрительный контакт, пока Айла не исчезла в толпе людей за пределами палатки. Я медленно повернулась обратно, чтобы посмотреть на Короля Кошмаров.

— Ты можешь избавить кого-то от кошмаров, да, Киллиан?

— Зависит от того, о каком кошмаре мы говорим, а также от того, на каком уровне они внедрены в подсознание, ваша светлость. Я не на своей земле и не так силён, но могу попробовать облегчить их.

— Это твои сёстры? — Я указала на девушек в задней части палатки, резко меняя тему, так как мои ладони начали потеть. Это не осталось незамеченным, и он нахмурился.

— Боишься предстоящей войны? Преследует ли она тебя во снах? — спросил он, внимательно наблюдая за мной.

— Война меня не пугает, по крайней мере, когда мой зверь рядом.

— Но что-то преследует тебя во снах. Ты боишься спать. Я чувствую это в воздухе вокруг тебя.

— Оставь это, — твёрдо заявила я.

— Я могу облегчить кошмары или попытаться, если позволишь. Ты открыла свой дом для меня и моих сестёр. Позволь мне помочь.

— Я сказала, что всё в порядке, — заспорила я, смотря на девушек.

— Ты не в порядке, и не надо так говорить. Ты сказала оставить это, потому что разговоры о твоих снах оживляют то, что тебя преследует. Тебе не снятся кошмары. Ты вновь переживаешь что-то травмирующее в своих снах, так?

— Ты не остановишься, да? — Я чуть не подпрыгнула, когда поднялся ветер, и молния ударила в землю рядом с нами. Я закрыла глаза, медленно вдыхая, прежде чем выдохнуть в попытке успокоить смятение внутри, чтобы мир ослабил бурю, назревающую над внутренним двором.

— Мои сёстры, — осторожно сказал он, поворачиваясь к группе женщин, которые наблюдали за нами. — Ситара, Феме, Селена, Рейна, Астрея и Террвин. — Они склонили головы, прежде чем снова поднять на меня радужные глаза. — Айла — старшая и могущественная из рода. Я исключение, но я — Король.

— А родители? — спросила я, изучая, как он вздрогнул и оглянулся на сестёр, будто это неудобная тема.

— Я убил предыдущих Короля и Королеву Кошмаров, ваше величество, — признался он со вздохом, сжав кулаки то ли от гнева, то ли от боли.

— Ладно, — сказала я, и он округлил глаза. — Я слышала, что они были мерзкими засранцами. Скажи, Киллиан, ты хороший король для своего народа, или мне придётся заменить тебя?

— Очень хороший, — осторожно ответил он, глядя на меня с беспокойством.

— Ты мучаешь своих людей, издеваешься или плохо обращаешься с ними ради собственного удовольствия?

— Двор остаётся двором только в том случае, когда народ выбирает следовать за своим королём. Я добр к нашему народу, в отличие от родителей, которые были жестоки к нам и нашему королевству. Я стремлюсь быть королём, которого заслуживает народ, даже несмотря на то, что мы ещё восстанавливаем королевство после разрушения от родителей, а они обескровили королевство досуха, чтобы вести роскошный образ жизни.

— Хорошо, что-то нужно?

— Нет, мы можем создать всё необходимое.

— Потому что ты Высший Фейри, — заявила я, и он прищурился на меня. — Ты можешь дурачить других, но я вижу тебя насквозь. Один из твоих родителей был высшим Фейри по рождению. Мама или папа, Киллиан?

— Мама, ваша светлость. Она была наследницей Светлого Королевства, но её оставили при нашем дворе младенцем. Моему отцу было приказано убить её, если Татьяна не вернётся, но вместо этого он влюбился в неё. Она не была Королева Кошмаров, но родила всех детей от моего отца. Моя мачеха убила её в приступе ревности и начала издеваться над моими сёстрами. Тогда началась игра между моим отцом и его женой в то, кто может причинить другому больше боли, пока всё королевство не пострадало, потому что ни один не признавал поражения.