— А я нет, — фыркнул Лиам, закатывая глаза. — Она моя сестра.

— Все, кроме него, и, чувак, я тебе сочувствую до глубины души, — проворчал Ашер, качая головой.

— Иди и помоги раненым. — Я махнула в сторону ворот. — Вы неисправимы. — Все исчезли, кроме Райдера.

— Мы с тобой, сегодня, вспомним всё, что связано с твоим языком. — Он ухмыльнулся, нежно целуя меня в губы, прежде чем спуститься и присоединиться к остальным.

Я наблюдала, как они шли к воротам, которые стражники распахнули, и раненые начали заходить внутрь. Выдохнув, я печально улыбнулась медлительности и походке, с которой они двигались. Ещё больше раненых на грани войны — проблема. Мы готовились спрятать слабых, детей и женщин, и только что открыли ворота ещё большему числу тех, кто не может сражаться.

Райдер кивнул мне, и я спустилась, помогая проверенным, когда они проходили во внутренний двор. Мы делали всё, что могли, чтобы все чувствовали себя в безопасности и комфорте.

Я смотрела на, горящие внизу, костры, пока Райдер разговаривал с Блейном и Сиарой. Они спорили о том, чтобы разместить драконов на утёсах, поставив прямо на пути опасности. Сиара не боялась войны, но не желала потерять мужа и семью. Мы все боялись того, что могло случиться с близкими. Когда мы начали раскрывать план и стратегию другим, понимали, что какие-то из наших решений будут встречены с беспокойством некоторыми жёнами. Мы ожидали этого.

Повернувшись к Сиаре, я увидела слёзы в её глазах, пока она доказывала, что Драконы останутся здесь, в крепости, чтобы защищать младенцев. Я поморщилась, решив, наконец, вступить в разговор.

— Женщин и младенцев переводят в Гильдию, к Эри и Владу, которые будут защищать их, — твёрдо заявила я, вздрогнув от гнева в её глазах при упоминании моего старого дома. — Ты хотела быть частью этой войны, Сиара. Пора нам дать отпор. Враги наблюдают и прекрасно осведомлены о каждом нашем шаге сейчас. Эта крепость, более чем вероятно, будет опустошена и сожжена, заставив всех поверить, что мы оставили её. Обо всём, что мы делали, докладывали Вилу. Если планируем предпринять что-то, шпионы должны сообщить о наших передвижениях армии, которая двигается к нам. Этот замок, так или иначе, опустеет. Я не пойду на войну, не зная, что дети в безопасности на тот случай, если никто из нас не вернётся. Более чем вероятно, что в крепость проникнут в тот момент, когда мы уйдём, и это приведёт к ещё большим потерям. А к такому мы не готовы. Я не оставлю их здесь умирать от рук магов или мстительного бога, который ждёт, когда мы облажаемся.

— Ты отправишь наших детей в мир людей? — сердито выпалила она.

— Да, Сиара. Я отправлю их в единственное место, которое построила сама. В укреплённую Гильдию, которая способна защитить тех, кого мы привели в её стены. Я строила её не только для охотников, но и чтобы защитить любого Фейри, которому нужно безопасное место или спрятаться в случае чрезвычайной ситуации. Под Гильдией есть портал, ведущий в гарем, и по обе стороны от него расположены ловушки, созданные удержать даже богов, если те вознамерятся причинить вред охотникам Гильдии. Каллаган, Эри и Влад состоят в Гильдии, как и Девлин и Лена. Также были отобраны семнадцать членов Элитной Стражи. Они будут защищать наших людей, которые будут спрятаны в катакомбах, переоборудованных в спальни. Каждая комната защищена рунами и чарами, которые Эри установила после нападения Вила на башню. Я построила убежище, чтобы защитить своих детей от богов, но не до конца и нам пришлось спрятать их раньше. Влад и Девлин будут защищать Фьюри и Феникса. Финна и Фиону тоже перевезут, как и сирот. Гильдия установила девять сигнализаций между верхним этажом и катакомбами на случай, если один или несколько охотников имеют злые намерения. Я создала это убежище с монстром, и только он, Райдер, и я знаем, как проникнуть на нижние уровни. Его воспоминания стёрлись в момент, когда он закончил создавать идеальное убежище, чтобы спрятать детей. Я бы не отправил туда малышей, имей мы лучший вариант. Но такого нет. Вил может входить в здания и области внутри Царства Фейри. Без Лукьяна и Спайдера, мы не сможем оставить детей здесь и быть уверенными, что они защищены. Давай спрячем детей там, где они будут в безопасности, а сами положим конец этой войне и вернём всех малышей домой.

— А я где буду? Тоже в Гильдии? — спросила Сиара, с вызовом прищурив глаза.

— На поле боя со мной, где тебе самое место, — сказал Райдер, садясь в кресло и складывая руки вместе. — Я защищал тебя с самого твоего рождения, подводя каждый раз, когда Алазандер посылал меня в качестве своего орудия убивать существ. Я скрыл тебя от моих врагов. Мысль о том, что тебе причинят вред те, кто ненавидит нас из-за Алазандера, приводила в ужас. Потеря Дристана заставила осознать, что я отталкивал всех, кто, по моему мнению, не был готов сражаться рядом со мной. Я прятал тебя, но подготовил к войне, потому что это у тебя в крови так же, как и у меня. На этот раз мы все боремся за выживание, и либо все, либо никто. Я не могу потратить силу на спасение двух миров, и те, кто не может сражаться, войдут в созданный мной мир, но он неполноценный. То есть нестабилен. Мы не можем сражаться, не зная, что семьи в безопасности, и, как напомнила мне Синтия, низшие существа тоже не могут.

— Я буду с тобой, Райдер. Я доверяю решению Синтии отдать детей мужчине, который её вырастил. Просто не доверяю новым людям, а этих маленьких монстров родила сама. — Она взяла Блейна за руку и улыбнулась. — И этот мужчина — мой мир, даже если большую часть времени мудак.

— Это немного нахально, женщина, даже для тебя. У нас ещё есть вечер, не забывай. Я только рад перекинуть тебя через колено и напомнить, кто здесь главный. — Блейн наклонился и поцеловал Сиару, одновременно схватив её за задницу. Райдер зарычал и указал на дверь, когда я хихикнула.

— Пойдём, Дракон, — засмеялась Сиара, потянув Блейна в сторону зала.

— Мы планируем войну, а не секс, и ты моя сестра. Нет необходимости мне слышать о том, что тебя отшлёпают, — снова зарычал Райдер, проводя рукой по лицу.

— Ты можешь отшлёпать меня после ужина, — поддразнила я, и Райдер перевёл на меня жаркий взгляд. — Это последний ужин, который каждый из нас проведёт со своими детьми. — Я не скрывала боли в словах, зная, что наших детей не будет.

Райдер встал, протягивая руку, и моё платье превратилось в серебристо-голубое, которое он любил надевать на меня в последнее время, утверждая, что оно красиво подчёркивает крылья. Наши крылья раскрылись одновременно, и в момент, когда моя рука коснулась его, необузданная электрическая энергия наполнила комнату.

— Думаешь, моя королева?

— Мы сделаем это, мой король, — ухмыльнулась я, наблюдая, как Сиара и Блейн флиртуют глазами в коридоре. — Вы двое, никаких детей, пока всё не закончится, понятно? Мы не можем сражаться беременными. Кто-нибудь в конечном итоге сообщит о нас в Агентство по защите детей Фейри или ещё куда.

— Агентство по защите детей Фейри? — с любопытством спросил Райдер.

— Да, очевидно, у нас во дворце завелись ублюдки. Нам нужно написать закон, защищающий младенцев, рождённых и брошенных человеческими матерями. Если бы у нас было подобное подразделение до того, как всё произошло, мы бы сражались только с богом. Вместо этого мы сражаемся с Вилом и всей его оборванной бандой сирот, которым больно, потому что их не приняли, когда мамочка бросила их, потому что они были недостаточно люди и недостаточно Фейри.