Шрифт:
Я порезала предплечье. Моя кровь стекала по коже, увлажняя ее горячей жидкостью.
— Отдай мне серьгу. Если ты любишь меня, отдай мне серьгу.
Кэррана трясло, каждый мускул в его теле напрягся.
— Если ты когда-нибудь любил меня, ты отдашь ее мне. Просто разожми пальцы и дай ей упасть. — Моя кровь создала перчатку, повинуясь моей магии. Она должна защитить меня, по крайней мере, на несколько секунд.
Фигура Хью была почти осязаемой.
Кэрран зарычал. Его пальцы разжались. Серьга упала, и я поймала ее рукой в перчатке.
Сила прорвалась сквозь меня, распахивая двери в моем сознании. Каждое тайное местечко, каждое скрытое воспоминание, каждая виноватая мысль — она узнала все мгновенно. Она терзала мою душу.
Я сделала шаг. Далеко впереди меня струилось пламя вниз от Бахира, достигая границы круга, соединяя его и шкатулку в единое целое. Он держал портал открытым.
Осталось двадцать ярдов [8] . Боже милостивый.
Слезы текли по моему лицу.
«Ты не можешь победить своего отца», — прошептал голос внутри меня. «Я могу тебе помочь. Я дам тебе силу, непохожую ни на что, что ты когда-либо видела».
8
20 ярдов = 22,26 метра
Агония терзала меня. Еще один шаг. Мои волосы горели.
«Я отдам тебе его голову. Тебе больше никогда не придется беспокоиться о том, что он кого-нибудь убьет».
В моем сознании промелькнуло видение: могила моего отца, улыбающаяся Джулия, Кэрран целует меня, когда мы стоим посреди рая, счастливые, свободные и в безопасности.
«Я освобожу тебя от этих оков. Я подниму тебя в сладкий воздух над головой и позволю тебе дышать. Я остановлю всю боль. Возьми меня за руку».
Еще один шаг. Бахир с кругом были так невероятно далеки. Так далеки.
«Все, что тебе нужно сделать, это взять меня за руку».
— Ты любишь меня? — спросил Кэрран.
Конечно, я люблю тебя.
— Отдай мне серьгу.
«Нет!» Боль охватила меня, угрожая поставить на колени. «Нет, останься со мной. Останься!»
Я любила его. Я бы сделала для него все, что угодно. Мне придется отдать ему серьгу.
«ОСТАНОВИСЬ!»
Я позволила ей упасть.
Кэрран поймал золотое украшение. Я рухнула на колени в кровь великанши.
Кэрран медленно шагнул вперед. Я с трудом поднялась, всхлипывая. Я понадоблюсь ему после того, как он сделает второй шаг.
Ему потребовалось тридцать секунд, чтобы сделать его. К тому времени, когда он его сделал, он выглядел почти мертвым, и когда я попросила, он отдал серьгу мне. Я приняла ее, приветствуя вечность боли.
Мы шли, передвигаясь по два шага. Однажды я упала, и мне пришлось ползти по крови, но мы двигались вперед. Круг становился все ближе.
«Загляни в свое будущее. Загляни в самые глубины своего сердца. Ты знаешь, чего хочет твой отец».
Круг был почти в пределах досягаемости.
Видение всплыло в моем сознании.
«Он скрывает от тебя будущее, но моя сила велика. Я могу видеть его. Позволь мне показать тебе, что я вижу…».
Мир исчез. Передо мной раскинулся холм с изумрудной травой под голубым небом. На его вершине стоял Роланд. Он держал на руках ребенка.
Магия обрушилась на меня, знакомая, но другая магия, исходящая от ребенка, такая сильная, что у меня перехватило дыхание.
У моего сына были серые глаза Кэррана.
Это была правда. Я чувствовала связь между нами, протянувшуюся сквозь время. Я чувствовала любовь, которую я изливала на своего ребенка. Мой ребенок.
Мой сын потянулся ко мне…
Роланд улыбнулся и повернулся, собираясь унести ребенка.
Я закричала. Он не мог. Это был наш ребенок. Моя жизнь, моя душа, все, на что я надеялась.
«Это то, чего он хочет. Это то, чего он всегда хотел. Ты знаешь, что это правда. Он заберет твоего сына. Он будет использовать твоего ребенка, чтобы контролировать тебя. Он превратит его в монстра. Ты не можешь это предотвратить».
— Положи сережку в шкатулку, детка, — сказал Кэрран рядом со мной. — Ты можешь это сделать.
«Но я могу это предотвратить. Я это остановлю. Разве ты не любишь своего ребенка? Разве ты не хочешь, чтобы он был в безопасности?»
Я смогу оберечь его. Я так и сделаю. Ты мне не нужен.
«Да, так и сделаешь, но ты не сможешь победить его в одиночку».
Ты мне не нужен.
— Ты мне не нужен. Ты мне не нужен. У тебя нет власти надо мной. — Я услышала свой собственный голос и поняла, что кричу.