— Да, ведь это станет полным отстоем для тебя, — пробормотал он, расправив плечи и заняв широкую стойку. — А между тем я буду всего лишь мёртв.

— Ну, если ты умрёшь, вряд ли тебя будет что-то беспокоить, — рассуждала я. — Потому что, ну, знаешь, ты будешь мёртв…

Миша поднял огромную когтистую руку, призывая к тишине.

— Ты слышишь?

Сначала, я ничего не слышала, кроме птичьего крика где-то вдалеке или, может, чупакабры. Мы были в горах Западной Вирджинии, так что всё возможно. Но потом я услышала это — шелест кустов и сломанных веток, серию щелчков и болтовню. Мурашки побежали по моим рукам.

Вряд ли чупакабра издаёт такие звуки.

Прожекторы, расположенные высоко на стене, вспыхнули, освещая лес ярким бело-голубым светом, сигнализирую о том, что Стражи на стенах тоже почувствовали демонов.

И я, вероятней всего, буду здесь поймана, и у меня будут большие-пребольшие проблемы.

Но уже поздно.

Шелест усиливался и тени между деревьев, казалось, коробились и распространялись. Каждая мышца в моём теле напряглась, а затем появились они, выскочив из кустов и засеменив по поляне. Десятки демонов.

Одержимых демонов.

Я ещё никогда не видела Одержимых демонов; я только читала о них в классе и слышала, как другие Стражи говорили о них. Ничто из того, как они описывали этих существ, не передавало точно какими они были.

Они были похожи на крыс — гигантские безволосые крысы, которые бегали на двух ногах, имели зубы, на зависть большой белой акуле, и когти, способные прорвать даже каменную кожу Стражей.

— Ну, эта коробочка полна ночных кошмаров, — пробормотала я.

Миша со смехом фыркнул.

Одержимые были низшими демонами-падальщиками, чьей добычей становились больные люди и трупы животных, ну, в общем, всё мёртвое. Они не атаковали общины Стражей.

— Тут что-то не так, — прошептал Миша, очевидно, подумав о том же самом, что и я. — Но сейчас это не имеет значения.

Нет.

Не имеет.

Как минимум шестеро из них направились прямиком к Мише, видя и ощущая в нём Стража. А я? Они по большей части проигнорировали меня, вероятно, потому что я пахла как обычный человек.

Это была их первая и последняя ошибка.

Рукопашный бой был не самым лёгким видом борьбы для меня, поскольку моё зрение ограниченно сужено, и поэтому мне следовало быть осторожной. Я должна быть разумной и держать дистанцию.

Миша бросился вперёд, двигаясь по широкой дуге. Одним крылом он поймал ближайшего к нему Одержимого, отшвырнув его на несколько футов назад, одновременно вонзив когтистую руку в центр груди другого Одержимого.

От хрустящего булькающего звука у меня перевернулся желудок.

Другой Одержимый взмыл в воздух, используя свои мощные ноги. Он целился прямо в спину Мише.

Я дала волю отточенному инстинкту. Вскинув руку, я метнула кинжал.

Он попал в цель, глубоко проткнув грудь Одержимого. Существо взвизгнуло, скукожившись в воздухе и приземлившись на бок, уже мёртвым.

Миша развернулся, его рот был слегка приоткрыт от удивления.

— Как ты это делаешь?

— Я профи, — я переложила другой кинжал в правую руку. — И прямо позади тебя ещё один.

Он повернулся, поймал его и швырнул ублюдка об твёрдую землю.

Бросок ножа привлёк внимание нескольких Одержимых. Один из них отделился, бросившись ко мне, всё громче и громче издавая стрекочущий звук. Он замахнулся на меня, и я нырнула вниз, почувствовав, как ветер от его движений колышет мои волосы. Я вынырнула у твари за спиной и пнула ногой в спину. Одержимый ударился о землю и перекатился, но я не дала ему времени подняться. Я опустила железный кинжал, оборвав его яростный крик.

Я развернулась, но не заметила хвоста присоединившегося к нам другого Одержимого, пока тот не врезался в мою ногу. Я взвизгнула и отпрыгнула назад, в полной мере ощутив его толщину и резиновую текстуру через штаны.

— О, Боже, у тебя хвост, — застонала я, содрогнувшись. — У вас у всех хвосты. Меня сейчас стошнит.

— Подождать с этим не можешь? — спросил Миша откуда-то сзади.

— Не обещаю, — я снова вздрогнула, прыгнула в сторону и, развернувшись, проткнула кинжалом грудь другого Одержимого. Горячие струи жирной крови демона брызнули мне в грудь: — Вот блин, теперь мне надо в душ.