— Это правда? — Даниил повернул ко мне голову, свел густые брови.

Я утонула в разноцветных глазах и не смогла соврать. Склонила голову и, чувствуя, как щеки наливаются пунцовой краской, закрыла на миг веки.

— Дань, нам ли не знать, что может парная стигма, — тихо сказала Лимия. Ее лицо вдруг раскрасилось легким узором, сияющим под кожей серебром.

Хозяин замка потянулся к девушке, будто хотел прикоснуться, но она дернулась и поджала губы, словно не желает этого. Мужчина тут же отступил, хотя и тряхнул пальцами, выражая недовольство.

Мы оставили Даниила и Синара на улице. Было немного страшно за принца, я неосознанно оборачивалась, потому что не знала, чем все закончится. Вдруг хозяин замка его покалечит? Или убьет? Я не знаю, на что способны эти люди.

А Синар все-таки прилетел за мной…

Я только в коридоре поняла, как сильно замерзла на холодном ветру. Или это от нервов так колотит? Обняла себя за плечи и, не в силах удержать эмоции, снова разрыдалась.

Ли довела меня до комнаты и, прежде чем открыть дверь, пояснила:

— У нас нет больше свободных комнат, поживешь пока с моей воспитанницей, она скоро вернется с рынка. Несколько дней тебе лучше восстановиться после… — Лимия мягко заулыбалась и ласково убрала мои волосы за спину. Ее серебристые прядки, что на кончиках слабо алели, вдруг оживились и что-то зашептали. — Я понимаю, почему Синар сошел с ума. Ты очень красивая.

Не получилось ответить. Внутри разгорались новые и новые эмоции, наслаивались, душили, сдавливали сердце. Я словно переполнена ими, словно они долгое время прятались, а сейчас разом решили вернуться.

— Поговорим, когда ты придешь в себя, — Лимия мягко подтолкнула меня внутрь. Ее пальцы показались мне жутко холодными, даже ледяными.

— А ведь он замерзал, — вспомнила я, проходя внутрь комнаты.

Здесь, в окружении светлого интерьера, было две кровати, одна застелена жаккардовым покрывалом, вторая накрыта черным полотном.

Лимия подошла к последней и медленно провела пальцем по деревянному изножью.

— Здесь жила… — ее голос переломился, и она замолчала.

Отодвинувшись от кровати, девушка прошла вдоль комнаты, волосы перешептываясь, сами сплелись в тугую косу и повисли на спине, словно почувствовали боль хозяйки. Какие чудные, никогда такого не видела. Даже мои чувства меркли рядом с ее переживаниями.

— Наверное, она была очень хорошей… — я подступила к кровати и прислушалась к ощущениям. Боль потери еще свежа. Иногда я могла почувствовать остатки чувств на других вещах, но не особо понимая чувства других и не испытывая эмпатии, я никогда не принимала эти способности всерьез. Зачем они тому, кто ничего не чувствует сам?

— Кто? — обернулась Лимия. В ее стылых глазах засверкали слезы.

— Та, кто спала на этой постели, — я показала вниз и провела ладонью по черному шелку. Горечь, тоска, боль. Тонкие запахи слабой надежды и яркие ароматы утраченной веры в лучшее. — Что с ней случилось?

— Погибла, — Ли отвернулась и сухо добавила: — По моей вине.

— Вы дружили?

Я слабо понимала, что такое настоящая дружба, но внутри от этого слова снова стало горячо. Будто где-то в глубине, в той, что я не помню, когда-то была девочка, с которой я делилась сокровенными тайнами. Которой теперь нет…

Девочка с желтыми глазами и каштановыми волосами… и это не Глория. Которой тоже теперь нет.

Испуганная новым видением и осознанием потери, я присела на край кровати и задышала часто-часто. В голове крутилось столько всего, что я едва могла отбиться от мыслей. Казалось, еще немного, они скомкают меня, выплеснувшись в мир с невероятной мощью.

— Любава, расскажи мне все, — Ли присела рядом. Ее волшебные волосы раскрутились и подались ко мне. Прядки приподнялись, словно разглядывали меня с интересом, а потом внезапно обернули мои плечи теплым коконом, и внезапно стало легче. Запахло первым снегом и первоцветами.

Это словно объятия родного человека. Необъяснимая магия этого мира.

— У нас было Новогодье в академии, — начала я.

— Новый год и у нас есть, — поддержала девушка, а я продолжала.

Ли слушала внимательно, изредка кивая.

— Он отказался от меня, понимаешь? От своей пары. А теперь… прилетел внезапно. — Я выдохнула последние слова, почти срываясь в рыдания. — Не знаю, как относиться к этому. Наверное, он здесь из-за болезни. Она ушла к нему.

Лимия натянулась, словно ей в спину вставили спицу. Ее волосы тихо зашептались между собой. Да они точно живые. Чудеса.

— Что за болезнь? — с хрипом переспросила хозяйка.

— Я замерзала с того момента, как себя помню. Патроун, мой опекун, приостановил магию, что вплеталась в эссаху, но полностью убить заразу не получилось. А когда принц притронулся ко мне на балу, все исчезло. Перетекло в его тело. Уже здесь, в вашем мире, я увидела его на постели, покрытого льдом и инеем, и поняла, что Синар забрал мой холод, а я его сердце…