Я не сопротивляюсь. Просто дышу, и как можно глубже. Меня переполняют противоречивые чувства, но не бросает в холод, как раньше. Нет чувства опасности, впрочем, как и чувства полного спокойствия. Но я рада… рада, что он здесь.

Кирилл отпустил меня, так и не дождавшись, когда я сама его об этом попрошу, а ведь объятия где-то минуту длилось. Не меньше.

– Я буду спать на диване, а ты иди к себе в кровать.

– … - киваю и так знакомо для него поджимаю губы. – Я принесу тебе подушку и одеяло, - выбегаю из гостиной.

Подушек у меня было только две, а вот одеяло одно. Хм…

Схватила одну подушку с кровати и плед.

– У меня есть только плед, - бросаю подушку на край дивана.

– Нормально, - отвечает Кирилл. Он стоял у окна и что-то там высматривал. Только там ни черта не видно. Окна во двор выходят, а там темно. Весь город спит. – Уверена, что хорошо себя чувствуешь? – оборачивается.

– Да… Наверное… Нет… - бросаю плед на диван. – Я… ужасно себя чувствую.

– Если бы ты больше мне доверяла, то тебе было бы легче. Поверь, тебе нечего бояться.

– Сейчас я определенно доверяю тебе больше, чем три месяца назад.

– Действительно?..

– Ты мне все рассказал. Это многое изменило...

Кирилл мог от меня избавиться и спокойно, безо всяких нервов, ожидать открытия наследства. Оно ему не нужно. Он меня... убедил.

– Я не хотел рассказывать. Но пришлось.

– Ты хочешь… - сцепляю кисти рук вместе, - чтобы я всю жизнь пряталась? Скажем, через пять лет, когда они получат свое завещание, то я смогу…

– Отец все равно будет хотеть от тебя избавиться. И даже через десять лет.

Так я и думала. Но мне приятно, что он со мной откровенен.

– А что с тобой?.. То есть, как вы сейчас общаетесь?

– Никак. Я не общаюсь с ним. С матерью и братьями тоже.

– Совсем?..

– С тех пор как я отказался исполнять роль на фальшивых похоронах, мы и слова друг другу не сказали.

– Он хотел, чтобы ты… скорбил на людях обо мне?

Кирилл кивает и отступает от окна.

– Можешь спокойно идти спать, - Кирилл садится на край дивана и поднимает на меня взгляд. – Я буду здесь, если что.

– Х-хорошо… - переминаюсь с ноги на ногу и не спеша покидаю гостиную.

Все же обернулась напоследок.

***

Проснулась аж в восемь утра. Хотя вообще не думала, что засну. Самочувствие было очень даже ничего. Боли или дискомфорта – не заметила. Дай бог, что все это было из-за стресса и ничего серьезного.

Черт, и как долго я смогу это скрывать от него?.. Месяц, два? Два вряд ли. Он заметит. К тому же меня может вывернуть в любой момент. Может, мне все-таки стоит рассказать, а потом умолять его не пытаться что-то с помощью этого исправить? Он же может решить, что этим спасает меня.

Накинула на себя халат, ноги в тапочки и бегом на разведку. Вот прямо такая, вся растрепанная.

Заглядываю в гостиную, а его там нет.

– А… - услышала стук со стороны кухни.

Захожу туда и застываю. Кирилл кое-что держит в руках, то, что еще вчера не заметил на подоконнике, но увидел утром. Бумаги из больницы. Все подробности моего положения.

У меня это совершенно вылетело из головы. Теперь и признаваться не придется.

– Доброе… утро, - произношу вполне спокойно, завязывая пояс халата. Что уж теперь... В общем-то, он имеет право знать.

– Когда ты собиралась мне сказать?

– Не знаю… - вздохнула.

– В смысле? – оборачивается.

– А откуда мне было знать, что тебе придет в голову, когда ты узнаешь об этом...

– Вот оно что… Ты думаешь, что для меня все как прежде? – бросает бумажки на столешницу. Нет, швыряет.
– Серьезно? Думаешь, я бы это использовал?

– Разве не так?..

– Даже не думаю об этом. Я скорее сдохну, чем позволю отцу получить это завещание.

– Не поняла…

– Он ничего не получит. Никто не получит. Я покончу с этим. Раз и навсегда. И я уже знаю как.

И как это понимать?... Это то, что я думаю?..

– Ты хочешь помешать своему отцу получить наследство? – иду к нему осторожными шагами.

– Я не просто хочу, Ульяна. Я сделаю это. Ради тебя. Ради нас. Жаль… - хмурится, - что я не подумал об этом раньше. Заставило меня подумать об этом твое исчезновение и… наш ребенок, - смотрит на мой живот, которого еще совсем не видно.
– Я… благодарен тебе.

– За что это? – сумасшедше усмехаюсь, искренне не понимая, что пришло ему в голову.