В последние годы шведы выдавали курсантам «Глок», но пять лет назад первокурсники получили еще не снятые с вооружения браунинги М1907. Из тех соображений, что курсанту-связисту пистолет выдается «чтобы был», а после распределения в непрерывно воюющую армию не будет проблем получить новый, если этот сломается.

Уинстон и Ингрид замерли, глядя друг на друга. В их первую встречу они выглядели почти так же. Тоже форма, только повседневная, попроще. Тоже костюм, только повседневный, попроще.

Если Ингрид усилила впечатление макияжем и прической, то Уинстону не просто так дали этот костюм. Костюм денди с специально подобранным головным убором и дорогими ботинками ручной работы. Они не должны были посмотреть друг на друга как не в первый раз.

Колоб прошел немного вперед и оглянулся, чтобы поторопить спутника. Англичанин застыл, играя в гляделки со скандинавской красавицей.

— Вениамин, — представился он паспортным именем.

— Ингрид, — ответила девушка.

— Я из Амстердама, а вы?

— Из Стокгольма.

— Надолго в Ленинграде?

— Второй день. У меня каникулы между выпуском и прибытием по распределению в армию.

— Какие у вас планы на отпуск?

— Познакомиться со знающим город симпатичным интеллигентным мужчиной…

—… Военным или гражданским?

— Конечно, гражданским. За военным можно было никуда и не ехать.

— Но не с сутулым клерком?

— Нет. С интеллигентом. Но в хорошей физической форме. Это у вас гражданская «За отвагу»?

— Да, именно она.

— За какую отвагу, если не секрет?

— За участие в ликвидации диверсионной группы. Какие секреты у гражданских.

— Вы прямо гражданский-гражданский? По шраму так не скажешь.

— Следователь по особо важным делам с вашего позволения. Борец с организованной преступностью.

— И часто в вас стреляют?

— Последний раз вчера вечером. Мы брали банду иностранцев на Петроградской стороне.

— Как это романтично! Я думала, такие красивые милиционеры бывают только в кино. Или вы из госбезопасности?

— Что вы. Я один из коллег дяди Степы. Только не местный.

— Я тоже в детстве читала русские книжки.

— Чего вы ждете от визита в этот замечательный город? Может быть, наши пути где-то пересекутся?

— Я хочу культурно провести досуг. Сходить в какой-нибудь хороший театр, съездить в Петергоф, пройти под ручку по Эрмитажу, попить кофе на открытой веранде. Послушать городские легенды, поучаствовать в уличных спектаклях и вообще проникнуться духом города. Чтобы было о чем вспомнить, сидя осенью в блиндаже.

— Поехать в карете на бал, танцевать до упаду, ночью вернуться в номер и отдаться порыву страсти, не успев снять лучшее в мире платье?

— Да. Чтобы вокруг все белое-белое и ничего зеленого. Мягкие перины не как в казарме. Двухместная ванна с пеной вместо общей душевой. Полотенце метровой ширины. И обязательно хочу сделать это, глядя в окно, из которого видно город до горизонта.

Колоб не выдержал и кашлянул.

— Коллега, у нас дела.

— Какие дела? — спросила иностранка.

— Уголовные. Мы пришли допросить директора музея.

— Как это романтично. Как в кино. Можно с вами?

— Боюсь, что нет, — ответил Уинстон, — Но мы недолго.

— Я подожду. Здесь еще много интересного.

— Ты совсем сдурел? — спросил Колоб, таща Уинстона на второй этаж, — Какие сейчас бабы? У тебя же денег нет на все ее запросы. У нас сегодня аэропорт, завтра сходняк. Ты, блин, бык со стволом. Или передумал и домой больше не хочешь?

— Она такая красивая, — мечтательно сказал Уинстон и остановился, уставившись на один из стендов.

Второй этаж сообщал о партизанской борьбе на Восточном фронте с Третьей Мировой по настоящее время. Здесь плотность экспонатов заметно уступала первому этажу. Может быть, там просто более далекий ТВД, а может быть, руководство музея больше интересовалось войной, которая шла прямо под стенами города, чем войной на другой конце страны.

Среди экспонатов Уинстон с удивлением увидел за стеклом тот самый СКС с подпаленным ложем, который они с Мерфи в далекой прошлой жизни отобрали у браконьера. Потом карабин поехал в Евразию, то есть в Евросоюз. Потом с честью пережил несколько перестрелок и одну охоту, попал в ГРУ как вещественное доказательство и каким-то загадочным образом оказался здесь.