Элран, а это был именно он, только качнул головой. Нет. Не надо.

С его точки зрения, это были НЕ люди. И спасать их ни к чему.

Даэрте мало. Но все даэрте — один народ, среди них нет предателей, среди них нет перебежчиков, мнение одного даэрте — это мнение всех даэрте. Практически, всегда.

Да, это именно симбиоз. Леса и даэрте. Что хорошо для леса — хорошо и для них. Что решит королева, то и станет волей народа. И преотлично с этим все уживаются. А тут…

Даже не будь Элран даэрте, он бы все равно побрезговал этими ушедшими. Это — дрянь.

Они вместе со всеми потерпели крушение. Явно пострадали меньше других, раз уж у них хватило сил уйти. И вместо того, чтобы помогать — ушли. Бросили своих.

Бросили тех, кто нуждался в их помощи.

И вот не надо рассказывать, что здесь все были обречены, а там — нет.

Вот, за навесом лежат тридцать два человеческих тела. Те, кому смертельно не повезло находиться в первых вагонах. Вот несколько человек в форме. Явно вели этот по-езд. Смешное название.

Вот еще погибшие. Основной удар пришелся на первые вагоны. По счастью, они оказались купейными, с дорогими билетами, и народа там было не так много.

Кто-то погиб от огня. Кто-то получил травмы, когда вагоны ударились, сошли с насыпи… мужчины, женщины, даже двое детей есть. Жалко.

Эти погибли сразу.

Те, кто остался рядом с поездом — умерли бы через час — полтора, когда переменился бы ветер. И погнал огонь на беспомощных людей, погнал по деревьям…

Те, кто ушли… ну, было бы у них на час больше. Они — дураки? Не понимали таких вещей?

Там есть шанс, а здесь — нет? Ошибка в условии. Не было шансов ни у кого. Ни там, ни здесь. Но те, кто остался, вот, как этот мужчина с забавным птичьим именем Вить, пытались помочь. Что-то делали, невзирая на свои травмы и раны. И остались людьми. Почти даэрте.

А те, кто ушли…

Пусть сами выбираются, как хотят. Авось, их кто и найдет.

И Витя это понял.

Два мира соприкоснулись — и слились.

Витя не знал даэрте, Элран ни слова не понимал по-русски. Но отношение к беглецам у них было одинаковое. И мужчины отлично понимали друг друга. Те, кто знают не понаслышке о чести, порядочности, о совести. О том, что мужчина — это не только возможность оплодотворить несколько миллионов женщин, и буква «М» на двери туалета. О том, что мужчина еще и обязан помогать слабым. Защищать, поддерживать…

Витя не ушел бы.

И Элран признавал его равным себе. Он ведь тоже не сдавался. И не ушел бы с Дараэ. Он и сейчас мечтал вернуться, и как следует настучать ша-эмо. Но это пока неосуществимо. Ну, хоть помечтать.

Пока. А потом и правда — вернуться.

Пока мужчины мерились взглядами, Лея наконец-то сделала последние движения.

И по деревьям застучал дождь.

По деревьям, по траве, по оставшимся искоркам огня… и в этом дожде начали потихоньку растворяться даэрте. Они уйдут, практически все. Останутся два десятка, не больше. Этого будет достаточно до прихода помощи. И Салея сможет говорить за всех.

Сможет начать… легализацию. Надо только немного подождать… уффф! Все же, она тоже устала. Салея почти упала Тане на руки.

— Все, можно отдыхать.

Рядом тут же оказался Элран, поддержал, помог встать.

— Ваше величество.

— Проводи меня к людям. И оставайся с нами. Так будет лучше.

— Да, королева.

Кстати, как такового, титула королевы у Салеи и не было. Было «дараэсса». Старшая на Дараэ, дитя Дараэ, свет и солнце Дараэ. А величие?

При чем тут величие?

Смешно…

Садясь в вертолет, Володя уже знал, что они увидят на месте катастрофы.

Уже готовился к неизбежному. Да все знали, что уж там! Работая в МЧС и не к такому привыкаешь! Ей-ей, воля б Володи, он бы всех экстремальщиков сюда в обязательном порядке определял. Чтобы посмотрели, гады!

А потом еще заставлял тела по домам развозить. И в моргах работать в обязательном порядке.

Чтобы тоже полюбовались…*

*- знакомый из МЧС еще и про телесные наказания тему развивал, но это уж вовсе непечатно получилось бы, прим. авт.

Тот, кто знает, кто видел, кто понимает, кто хоть раз вытаскивал из обломков человеческие тела — обгорелые, раздавленные, и хорошо, если человек умер сразу…

Володя заранее готовился к сильнейшему стрессу. И он-таки случился.

— Слушай, что там такое? Дождь?

— Похоже…

Володя приободрился.

Судя по тем обрывкам, которые они узнали, на месте происшествия начался пожар. И… и это еще страшнее. Даже косточек может не остаться. И достать их не получится…

А если дождь?