Люк завороженно уставился на неё. Эту талию легко можно перехватить одной рукой. Проверено. Печенька поставила последнюю книгу и опустилась на пятки. Устало потёрла затылок и размяла пальцами шею. Люк прикусил щёку изнутри. Мимолётное воспоминание прострелило позвоночник: до самого последнего позвонка: луна, лабиринт машин и пальцы, путающиеся в волосах до бесконтрольного стона.

Кулаки машинально сжались. Он быстро опустил взгляд на свои колени.

Пожалуй, у него появилась пара вопросов к Джекс Айеро. И главный из них: почему она так незаметно стала взрослой? Люк снова поднял глаза. Нашёл её возле стеллажа: она стояла спиной ко всем, снова слишком внимательно уставившись в мобильник. Джекс всегда была ершистой ведьмой, но, оказалось, в ней выросла и другая ведьма. Мягкая, пластичная и легко воспламеняющаяся...

Это никак не укладывается в голове.

А ещё Печенька совершенно по-детски его избегает. Или ему только кажется?

— А теперь шкаф, — голос Тессы резанул по ушам.

Щеку прожег внимательный взгляд, Люк поморщился и отвернулся. И снова сестра его изучала. С чего такой контроль?..

— Серьёзно? — Артур издал тяжёлый стон.

— Абсолютно, — пожала плечами Тесса.

Жестокая обиженная женщина. И ведь она так легко не успокоится. Люк глубоко вздохнул и молча поднялся с дивана, но тут ожила тихая статуя у стеллажа.

— Может, хватит? — Печенька подняла взгляд от мобильника и осторожно посмотрела на Тессу.

Наконец-то голос разума. Но та упрямо сдвинула брови.

— Не хватит. Шкаф не сочетается.

— Ты и так перетаскала достаточно, — Джекс сунула мобильник в карман и приблизилась к Тессе. — Лучше пойдём со мной на работу. Я попробую провести тебя в зал, когда погаснет свет...

— Пойдем, конечно, — сестра решительно кивнула. — Но шкаф нужно подвинуть.

— Тесс…

— Вперед мальчики, — она деловито указала пальцем на высокий шкаф, наверняка заваленный одеждой.

Люк закатил глаза. Ну, Печенька хотя бы попыталась. Спасибо за заботу.

— Ладно, — она снова устало потёрла шею. Сдалась. — Тогда давай быстрее освободим полки, иначе я опоздаю.

И, ни на кого не глядя, поплелась к закрытым дверцам. Тесса спрыгнула со стола и энергично последовала за ней. Первая открыла шкаф, влезла в него по плечи и вылезла с ворохом одежды. Джекс полезла следом. С подлокотника тут же сорвался Артур и бросился вперед.

— Я помогу, — он замер рядом с Печенькой.

Она вытащила охапку одежды и выпрямилась. На лице мелькнуло удивление.

— Ну... Спасибо, — дёрнув уголком губ, неуверенно протянула охапку Арту, и тот ловко её перехватил.

Люк обалдело уставился на происходящее. Их пальцы на секунду соприкоснулись, и Арт не отдёрнул руку. Взяв одежду, бодро прошагал к дивану и сгрузил стопку на сиденье. Какого чёрта он делает? Печенька так же обалдело проследила за движениями Артура. Брови выгнулись, руки безвольно повисли вдоль тела. Она секунду пялилась в его спину. Но тут наткнулась на взгляд Люка, быстро отвернулась и слишком стремительно запустила руки в шкаф.

Люк подавил кривую ухмылку.

Нет. Ему не показалось: Джекс правда от него шарахается. И это, мать её, просто смешно.

Тесса тоже сгрузила вещи на диван, вернулась к шкафу и выгребла всё с последней полки. Они вместе отошли, открывая путь к действию: Тесса снова уселась на стол, а Джекс просто отступила к двери, обнимая кипу одежды. Глядя на неё в упор, Люк подошел к шкафу и схватился за бока. Печенька выдавила подобие улыбки и отвернулась к окну. Класс. И это называется «между нами ничего не изменится».

По ту сторону шкафа остановился Арт и обхватил свой край.

— Потащили? — раздался его голос из-за стенки.

— Давай, — бросил Люк.

Перестановка заняла секунд десять. Мебель встала на новые места, сердце в груди тоже. Почти. Оно всё еще молотило поршнем, когда рядом проскользнула Джекс и сунула вещи на пустую полку. Её локоть случайно мазнул Люка по рёбрам, и она тут же нервно отдёрнула руку.

Второй пункт из списка «Никогда»: никогда не целовать друзей детства, даже если они очень просят. Даже если они — сексуальные, рыжие ведьмы.

Аминь.

— Спасибо, дорогой, — рядом появилась Тесса, тоже сунула одежду обратно в шкаф и развернулась. Привстав на цыпочки, она без смущения обхватила Люка за шею, заставила согнуться и громко чмокнула в щёку. В ушах зазвенело. Он хмыкнул. Ну хоть кто-то здесь не прячется от него, как олень в кустах.

— А меня кто поцелует? — Артур размял пальцы и посмотрел на Печеньку. — Джеки, может ты? — на его губах появилась профессиональная ухмылка бабника.

Звон в ушах, кажется, усилился. Люк метнул взгляд в замершую возле двери Джекс. Она выгнула одну бровь и скрестила руки на груди. Как же упустить такую возможность прижаться к Артуру Гранту?