Музыка оборвалась, но спустя пару секунд началась снова. Иногда так легко забыть, какой он гадкий, но он обязательно напоминает. Непременно. Джеки сжала кулак, резко развернулась на подлокотнике и сделала выпад. Уже почти ткнула им в рельефный мужской бок, однако Люк перехватил её запястье и сжал.

— Ну нет, ты не будешь меня бить, маленький агрессор, — он тихо рассмеялся. — У меня скоро дыры от твоих кулаков останутся.

И запястье не отпустил. По коже побежали волны тепла, Джеки дёрнула руку, но бесполезно. Говнюк.

— Ты сам нарываешься, — прошипела она сквозь зубы.

— Но ведь я прав.

На краю сознания мелькнула мысль, что песня закончилась. Иззи сказал «Давай сначала», метроном снова отсчитал четыре удара, и Артур заиграл. Но всё это стало неважно. В груди полыхнуло, и Джеки сделала резкий выпад второй рукой. Секунда, и та тоже оказалась перехвачена. Дерьмо!

— А ну пусти, — Джеки подалась вперед в попытке толкнуть Люка в плечо.

— А ну не драться, — он рванул её с подлокотника на себя.

Миг, и непослушное тело упало вперед. Кожаная обивка заскрипела, но этот скрип смешался со звуком электрогитары.

Два. И Джеки оказалась сидящей на мужских коленях.

Три. Всё тело попало в крепкий, но мягкий капкан.

Спина прижалась к твёрдой груди, копчик уперся в металлическую пряжку ремня, а аромат мяты и сигарет знакомо забился в нос. Джеки резко вдохнула. В плечо уперся шершавый подбородок, и по коже побежали волны жара. Боже… Какого чёрта он делает? Она дёрнулась в стальных объятиях и заёрзала на месте. Пора бы, наверное, сдаться? Но это, конечно, вряд ли.

— Я же всё равно до тебя доберусь, — она качнулась и ткнула в Люка локтем. Крепкие руки, кажется, сомкнулись ещё сильнее. — Убью. Дождусь, пока уснёшь, приду ночью и…

— Ш-ш-ш… — мочку уха обожгло горячее дыхание. — Не крутись, пока у меня не встал.

Выстрел пушки и то прозвучал бы тише.

Сердце разогналось, жар добрался до лица, Джеки остолбенела в стальном капкане. Желание сопротивляться мгновенно отпало. Он же не серьезно? Или серьезно?

— Фу, боже! Люси!

Прямо в ухо прилетел хриплый смешок.

— Это не «фу», а физиология, —прошелестел тихий, поучительный голос. — Ты красивая девушка, а я легковозбудимая творческая личность.

Его мягкие губы задели мочку уха, и по телу прошёл озноб. О чёрт. Лицо запылало.

И в этот момент дверь открылась, на пороге остановилась Тесса и во все глаза уставилась на происходящее на диване. Да мать твою! Джеки попыталась выпрямиться и резко повернула голову к подруге. Позвоночник сам собой напрягся. Как они вообще должны выглядеть со стороны?!

А глаза Тессы превратились в две лазерные щелочки.

— Что я пропустила, Люси?

В горле забилась паника. О нет.

— Я объяснял Печеньке очевидные вещи, — Люк даже не попытался как-то выйти из положения.

— Очень интересно, какие?

— Что нападать на человека в два раза крупнее себя нерационально, — захват на руках ослаб.

Джеки плотно сжала губы и снова рванулась вперёд. На этот раз успешно. Дышать стало легче, тело почувствовало свободу. Спасибо, Тесса. Хотя теперь ждёт допрос с пристрастием, однозначно. Джеки на ватных ногах отступила ко второму дивану и рухнула на него. Рваный пульс забился в висках, а места, где только что были прикосновения, запылали.

Боже, это какая-то ненормальная реакция. Хотя чему удивляться? Ей девятнадцать, а кроме как по-дружески к ней до сих пор никто не прикасался… Почти никто. Почти ни разу. Чёрт.

— Ты первый начал, — Джеки нервно смахнула волосы с горящего лица.

— Конечно-конечно. Говори себе это почаще, — хмыкнул Люк.

Крутящееся кресло впереди стремительно развернулось. Иззи, который будто не обращал внимания на возню у себя за спиной, внимательно осмотрел её с ног до головы. Кажется, тоже сделал выводы. Вот же дерьмо!

— Так бы сразу и сказали, что у вас брачные игрища, и у меня нет шансов, — он с любопытством посмотрел на Люка. — И почему они зовут тебя Люси?

Обалдевшая Тесса отмерла первой. Сейчас бы вывалить всю правду, чтобы больше не нарывался…

— Потому что иногда он говнюк, который треплется, как девчонка, — она подошла к дивану и изящно присела на край подлокотника.

Добрая сестричка. Спасла.

— А мне тоже можно его так называть?

— Попробуй, и узнаешь, каково работать со сломанными пальцами, — на губах Люка появилась сатанинская ухмылка.