Зборовски потер переносицу.

— Какие у нас сроки? — со страдальческим видом спросил он.

Гай почесал затылок:

— Вы видели Дезерет в небе Ярра? Как думаете — какие у нас сроки?

— Твою ма-а-а-ать… — не удержался руководитель и идейный вдохновитель крупнейшего храма науки и святилища духа в освоенном космосе.

Пьяная улица в Сезаме получила свое названия благодрая огромному количеству питейных заведений, который как грибы после дождя росли здесь не по дням, а по часам. Бары, пабы, ресторанчики и кафешки как будто притягивались друг друга. Городской общине так было даже проще — гораздо удобнее следить за порядком на вполне определенной территории, и выделять дополнительных дроидов для уборки мусора, чем контролировать множество разбросанных по городу точек. То есть, рестораны были и в других районах — но Пьяная улица была эпицентром ночной жизни столицы.

— Кто придумал эти мальчишники? — сетовал Гай. — Я бы лучше на охоту съездил!

— Поверь мне, твое величество, — похлопал его по плечу дядя Миша. — Свадьба это большой головняк, так что насладись сегодня хорошим пивом и приятной музыкой, а потом выспись как следует — завтра у тебя будет вместо мозга плавленный сырок, а вместо нервов — настоящее месиво. Так что сегодня — просто расслабься, ладно?

— Но никаких танцовщиц, ясно? — выставил условие Кормак.

Джипси блеснул белозубой улыбкой:

— Ну какие танцовщицы на Ярре? Разве что артисток из театра позвать, но это же театр — глазами смотри, руками не трогай! Сдается мне, настоящий стриптиз на этой планете появится лет через десять, не раньше… За стриптизом надо на Горячую Штучку лететь, вот там — нравы более раскрепощенные…

Карлос огорченно цыкнул зубом.

— А ты чего цыкаешь-то? — старпом хлопнул его по плечу. — Вы с Иштваном у нас парни свободные, молодые — а сюда студентки из Академии заглядывают, так что ух!

— Ну, разве что студентки! — повеселел латинос.

Иштван отмалчивался и прятал улыбку — ему была в диковинку легкая и веселая атмосфера Сезама, теплый воздух, живая музыка, смеющиеся люди. Гаю не довелось с ним пообщаться накоротке, но по косвенным признакам выходило, что на Ракоци он хлебнул лиха, да и дальнейшие его злоключения по вине Мёбиусов не прибавили пареньку доверия к людям. Не озлобился, научился ценить хорошее отношение — и на том спасибо… Мог бы и вовсе в маньяка какого превратиться.

— Так куда пойдем?

— В «Длинный Меч», конечно! Эй! — крикнул Джипси и вся компания шумной гурьбой двинула в классическую эстокскую таверну.

Потяжелевшие и веселые они вывалились наружу. Гай оперся спиной на деревянный столб, подпиравший просторный навес над входом в «Длинный Меч», и бездумно пялился в небо. На Ярре росчерки метеоритов заменяли собой звезды, а теперь можно было наблюдать еще и растущий серп Дезерета. Ему показалась странной нездоровая суета возле кадок с декоративными растениями, которые обозначали территорию довольно дорогого бара «Мускат»: кучка подростков окружила невысокого сутулого парня, который быстро рассовал им что-то в руки и зашагал прочь.

— Так, мужики — задержите этих ребят, а я за вон тем типом!

— Гай, какого?..

— Нет времени, бегом, бегом! — и огромными прыжками ринулся в погоню.

Слишком уж эти движения напомнили ему торчков с окраин Гуттенберга, что на Абеляре. Навидался в свое время он любителей химических удовольствий в колледже — несмотря на то, что клирики с Атенрай отстреляли наркокартели, мелкие лаборатории и дилеры остались — вывести их под ноль оказалось непосильной задачей. Пускающие слюни и несущие бред личности, ради короткого периода блаженства жертвующие своим будущим и благополоучием своих близких никогда не вызывали у него сочувствия. А история с «дайкири» в фавеле Галиада только укрепила его дремучий негатив. И тут — кто-то притогровывает наркотой в самом центре столицы Ярра? Какое досадное недоразумение! Такие недоразумения вызывали в душе у Гая Кормака первобытную жажду крови.

Наверное, такое же желание убийства испытал бы художник, если бы на его полотно, над которым он работал не один месяц, сверху насрали.

Дилер нырнул в какую-то подворотню, услышав за собой топот преследователя, перелез через ажурную решетку и спрыгнул вниз, издав резкий звук — видимо, ударился коленями. Гай не стал перелезать — он просто выбил преграду плечом и набросился на беглеца, которому прилетело выломанной решеткой по спине.

— Сволочь такая! — крутил он руки преступнику. — Откуда взял это дерьмо?

Пакетики с голубоватым порошком обнаружились во внутреннем кармане куртки.

— Вы не имеете права, это не по закону… — попытался мямлить дилер, но тут же отхватил смачную оплеуху.

— Знаешь, кто я? — Гай повернул его лицом к себе и глянул в глаза. — Я здесь закон! Я — власть! Конституция еще мной не подписана, так что монархия у нас — абсолютная. Я отрублю тебе голову на месте и буду в своем праве!

Начинающий наркоторговец поник, осознав всю глубину задницы, в которой оказался. Торговать порошком на улице, где изволил отдыхать его величество — это было фиаско. Фиаско, которое могло стоить жизни.