— Владислава Александровна. Меня зовут Кристина. Я — личный помощник Маркелова Демида Андреевича. Зайдите к нему срочно.

— Прямо сейчас? — глупо уточняю, округлив глаза.

— Какое конкретно слово из фразы «зайдите срочно» вам непонятно?

Ого!

У меня дар речи пропал. Какой руководитель, такой и помощник. Листар, например, никогда не грубит подчиненным! Как хорошо было без Демида!

Откладываю срочный отчёт по статистике для Листара, сбрасываю с ног удобные балетки и вбиваю себя в туфли на каблуке. Только сегодня ногу растерла. Ну, блин, а! Придётся хромать.

Торможу перед кабинетом, чувствуя, как меня поглощает внутренний трепет. Волнение зашкаливает. После короткого стука распахиваю дверь. Стараюсь перешагнуть порог уверенно, гордо расправив плечи. Но, естественно, меня ждёт грандиозный облом.

Именно в этот момент я запинаюсь больной ногой и лечу на пол, больно ударяясь локтем о тёмный паркет. Звук треснувшей ткани долетает до меня не сразу. Вернее, не сразу доходит то обстоятельство, что порвалась моя юбка. Волосы растрепались. Щеки наверняка горят смущением. Ну почему всегда! В самый неподходящий момент! Все идёт невпопад! Неожиданно взгляд фокусируется на чёрных кожаных натертых до блеска носках мужских ботинок. Коричневые, как и раньше. И они… Прямо возле меня.

— Не обязательно падать в ноги, — раздаётся возле меня грубое замечание.

Туфли перемещаются вправо, и дверь тут же закрывается.

— Я звонил. Ты не отвечала. Присаживайся.

Демид отходит назад, занимая своё место, и кивает на свободный стул. Откуда столько пафоса в нем? Не замечала раньше. Как только я занимаю предложенное место, слышу безразличное:

— Влада, давай сразу к делу. Напиши сама заявление по собственному.

Я оторопела. Открываю и закрываю рот, а вымолвить не могу ни слова. Да с чего я вдруг должна увольняться?!

— Демид Андреевич, разве я плохо выполняю свои обязанности, что вы так…

— Заканчивай дуру включать. Вот ручка. Вот бумага. Вот образец, — практически швыряет в мою сторону белоснежный листок, а я от обиды даже не могу сообразить с ответом. — Пиши, Влада.

Демид легким толчком придвигает ко мне и ручку, но та укатывается со стола и с негромким стуком падает на пол. А мне это кажется оглушающим ударом.

— Пиши.

Мне нужно немного времени. Он напал совершенно неожиданно. А я не успела закрыться. Поднимаюсь на ноги и подхожу к укатившейся ручке, хоть на столе есть другие. Просто потому что мне нужна еще хотя бы одна дополнительная минута, чтобы сориентироваться. Поднимаю тонкую шариковую ручку с золотистой кнопкой, судорожно соображая, что дальше делать, укладываю рядом с собой на стол.

— Почему? Я плохо работаю?

— Потому что я не хочу тебя здесь видеть, — хлещет наотмашь неожиданным ответом. — Это моя компания. И тебе здесь не место.

Ну да. Как же. В его жизни не место. В его сердце не место. В его компании — тем более.

— Не вы меня принимали. Не вам и увольнять.

— Ты оглохла? Садишься, — на ватных ногах я плавно опускаюсь на сидение. — И прямо сейчас. Пишешь заявление по собственному. Или я тебя увольняю по статье.

— Я ЖЕ ВСЕ СДЕЛАЛА, КАК ТЫ ХОТЕЛ! — вскакиваю со стула, упираюсь руками в стол, а голос срывается на крик. Ничего не могу с собой поделать. — УШЛА МОЛЧА! БЕЗ СЛЕЗ, БЕЗ ИСТЕРИК! БЕЗ ПРЕТЕНЗИЙ И ЛИШНИХ СЛОВ! Я УШЛА! ЧТО ТЕБЕ ЕЩЕ НАДО?! ЧТО?!

— Я уже озвучил, — бьет царственным спокойствием.

— Мне нужна эта работа, Демид! Что ты взъелся-то на меня!

Он спокойно тянется к рабочему телефону и отвечает на вызов. И бьет собеседника сокрушительным недовольством.

— А кто должен об этом думать, я?! Ищите, значит! Того, кто знает и умеет! И чтобы завтра человек был у меня! В моём кабинете стоял! …Да мне насрать на эти диалекты! Ищите грамотного переводчика! Завтра я лично должен встречать делегацию!

Швыряет трубку и переводит на меня озлобленный взгляд.

— Меня не устраивает твоё присутствие здесь. На такое место можно любого школьника взять. Любой справится. Поэтому…

Прищуривается и вновь придвигает ко мне листок.

Внезапно оживает мой телефон, и я, глядя на экран телефона, побелевшими губами сообщаю, что звонит Листар, и спрашиваю разрешения ответить.

— Слушаю, — пытаясь утихомирить бурю в душе, отвечаю руководителю.

— Влада, у нас тут небольшие трудности перевода, — странно, голос Листара звучит взволнованно. — Ты знакома с диалектом… ээээ… сейчас…

Вся кровь отливает от моего лица, когда он продолжает. Затаив дыхание, я слушаю, что штатный переводчик не сможет завтра работать. Потому как не знаком с диалектом членов делегации, что прилетит завтра. И им срочно нужен человек, который разбирается.

Нет. Только не это!

— Знакома же, да?

— Да, знакома, — подтверждаю убито.

— Отлично! На три дня у тебя освобождение от основной работы, перекидываю тебя на другое задание в срочном порядке, — и резко отключается. Осознание тяжёлым обухом бьет по голове.