Шрифт:
Кажется, я знаю, кто вместе с Демидом будет завтра встречать делегацию.
Как только я отбиваю вызов, мужчина тут же нападает:
— Если ты…
Он замолкает и отвлекается на громкую трель рабочего телефона.
— Да! — раздраженно жмёт на клавишу селектора.
— Демид Андреевич, — когда Кристина обращается к руководителю, ее голос как патока. Мягкий и приторный. Не та желчь, как со мной говорила. Фу. Противно. — А я нашла замену нашему переводчику, — это вообще-то Листар нашёл, а не она! — Новенькая девочка, помощница Асадова. Она сможет вытянуть переговоры.
Я прямо-таки физически ощутила, как тяжелый взгляд Маркелова вбивает меня под плинтус.
Мужчина очень медленно кладёт трубку, оставив свою Кристину без ответа. И чеканит зло, выплевывая каждое слово, вальяжно шагает в мою сторону.
— Через неделю. Тебя здесь. Не будет. Это я тебе. Обещаю.
— За что ты так? Я же тебе ничего плохого не сделала. Я здесь просто работаю.
Жесткие губы тут же кривит горестная усмешка. Нет, ну я все могу понять, всякое у нас бывало, но чтобы вот такая почти физическая неприязнь… это что-то новое. Ничего не понимаю.
— Овцой не прикидывайся.
— Демид, ты что…?
— Я тебе все сказал. К себе иди.
— Демид Андреевич, я считаю, что вы превышаете…
— Я не просто руководитель высшего звена. Я владелец всего здесь. Даже стула, на котором ты сидишь, ясно? И я сказал! Выйди! Отсюда!
Глава 4
— Это отвратительно! Мы завалили встречу! Ну как можно было так пролететь?! Подготовка нулевая!
Мы с Демидом на пятнадцать минут остались вдвоём после провальной встречи китайцев. И меня распирает от злости.
Не сдерживая эмоций, я выкрикиваю прямо ему в лицо. Меня коробит так, что внутри все дрожит! Даже его тяжелое частое, когда он злится, дыхание меня выбешивает! У меня не хватает сил сдержать эмоции и не выплеснуть их на горе-руководителя.
— Конкретнее! Все ж вроде нормально было! Они остались довольны!
Маркелов тут же встаёт в стойку. На его лице уже нескрываемое раздражение.
— Нормально?! — мне нужно заткнуться, но возмущение сильнее этого. — Ты хоть что-то знаешь о них?! Хоть малейшее представление есть?!
— Значит так, — руководитель прыжком пересекает разделяющее нас расстояние и приближает своё лицо к моему. — Тон сбавила. Это раз. Четко и спокойно объяснила, в чем заключается суть проблемы. Это два. Я жду.
— Прежде чем встречать иностранную делегацию, нужно осведомиться о привычках и трад…
— Да я уже много лет с китайцами работаю! Что НЕ ТАК?! Конкретно! По делу! Ну?!
Объяснения затянулись. Нам с Демидом никак не удаётся найти общий язык. Он всячески демонстрирует, что его раздражает мое присутствие в команде.
Что я ему сделала, что он так активно это транслирует, я не понимаю до сих пор. Но хуже всего другое. Меня бомбит рядом с ним. Хотя я по натуре довольно сдержанный человек. А уж чтобы голос до крика повысила, это нонсенс.
— Да ладно?! — продолжаю откусываться, потому что он давит своё. — Зачем?! Вот зачем ты повёл их в китайский ресторан! Чем ты их там удивишь? Отсутствием остроты и необходимых приправ в блюде?
— Мы хотели их задобрить и показать, что запарились над их удобством и привычками!
— Да их надо было сразу везти в ресторан с русской кухней: щи, соления, блины, холодец. Для них это будет все в «диковинку».
— Коли ты такая умная всезнайка… возьмёшь на себя дальнейшую организацию. Хоть раз отступишься, — он придвигается совсем близко. Я отворачиваюсь и вдруг чувствую его горячее дыхание, а дальнейшие слова заставляют поскорее отодвинуться. — И ты уволена.
— Все повод никак не найдёшь? Ты можешь меня просто отстранить.
— Просто так я ничего никогда не делаю. Но запомни. Никому не позволено указывать мне, что делать. Тебе ясно?!
— Тогда,может, я прямо сейчас пойду? Хочешь завалить такой крупный проект — дерзай.
Поверить не могу. Сколько ночей мы провели вместе. И он мне казался просто неземным. Нежным, внимательным, таким горячим и заботливым… А теперь сплошная злоба и необоснованные нападки.
Направляюсь к двери, чуть приоткрывая ее. Не успеваю даже вскрикнуть, как меня жестко дергают обратно, сжимая руку в каменные тиски. И мои слабые попытки освободиться ни к чему не приводят.
— А раньше ты была другой. Спокойной, милой. Нежной. Но наигранность ведь была с самого начала, да?