На кухне тоже было чисто. Ну почти. Главное, в раковине не наблюдалось грязной посуды. Зато сковородка на плите стояла с остатками яиц. Хоть что-то за что мозг Али мог зацепиться и сдать назад.

Нет. Ничего подобного. Проигнорировал, предатель.

Аля поставила торт на стол, на котором не наблюдалось ни крошки. Зато стоял закрытый ноутбук и недопитый кофе.

Уже интересно…

За спиной послышался легкий щелчок. Никита поставил чайник.

Аля обернулась.

– А ты… снимаешь дом? Правильно же я понимаю?

– Правильно, – спокойно отозвался мужчина.

Его спокойствие было тщательно контролируемым, интуиция не подвела. Хозяин дома не отрывал от нее взгляда.

Изучал. О чем-то думал.

– Надолго?

– Пока не решил.

Та-ак-с…

Вроде бы и хорошая информация. Если Алю не спалят другие соседи, она через шесть суток сможет спокойно вернуться в город, и они с Никитой никогда больше не встретятся.

Идеально же!

Наверное…

Взгляд снова забегал по мужчине.

Надо тормозить или, наоборот, разгоняться? О чем-то говорить!

– А ты?

Когда она услышала вопрос, даже не уловила сути.

– Что? – нахмурилась девушка.

– Ты в городе надолго?

Что ей категорически не нравилась – настороженность Никиты. Она могла ошибаться. Воображение у нее ого-го как работало, но его постоянная хмурость напрягала.

Он веселился, лишь когда они снимали кота.

– Нет. К концу недели уеду, – больше на автомате ответила Аля, продолжая рассматривать Никиту.

Хорош… вот хорош, и все тут.

Самое ужасное заключалось в том, что от одного его вида на кухне у нее потекли слюнки. Она ничего не могла поделать, мужчина на кухне – ее личный фетиш!

Сексуально же!

Услышав ее ответ, Никита лениво приподнял бровь к верху.

– Уверена?

– Конечно!

К чему подобный вопрос?

А потом она вспомнила, что он вчера что-то про друзей говорил. Что они ее якобы к нему подослали!

Заморочились.

Хм… И что, серьезно, он продолжил так думать? Даже после того как снимали вместе кота?

В голове Али быстренько заработали шестеренки. Она пыталась вспомнить, что говорила и как ее слова могли восприняться мужчиной.

А-а! Да в конце концов, какая разница!

Пусть думает про нее, что хочет!

Все мысли выветрились из головы, стоило Никите сделать шаг по направлению к ней.

Он двигался лениво, никуда не спеша. Точно у него впереди была куча времени.

Его движения завораживали. Аля смотрела на него, почти не мигая. Низко сидящие джинсы еще смущали… И футболка. Вот вроде приличная, но почему воспринимается иначе? И ведь даже не обтягивает, чтобы зависнуть, например, на мускулатуре плеч.

Зато предплечья… Мамочки! Такие… красивые. Жилистые.

Черт! Черт!

Как Аля оказалась в ловушке – она не поняла. Но вот Никита уже стоял рядом, в опасной близости. И смотрел так, точно готов съесть не фермерский пирог, а ее. Причем без чая.

Аля не могла себя видеть со стороны, но глаза у нее распахнулись и стали как те самые пресловутые блюдца. Пульс зашкалил. В висках тоже запульсировало. Неужели Никита не видит, что с ней? Или она настолько не подает виду, что он ничего не замечает?

Или слишком сосредоточен на себе? Да какая, к черту, разница!

Как оказалось, самое интересное только начиналось.

Девушка не успела возмутиться, как крепкие руки властно, нагло, даже бесцеремонно легли ей на бедра. Крепко сжали.

А потом с легкостью, от которой голова еще сильнее пошла кругом, подхватили ее, подняли над полом и шмякнули на край стола. Как она не задела ни пирог, ни ноутбук – вопрос очень интересный. Даже пальчиком не мазнула.