Всех обнимаю)

***

Чтобы собрать троих детей, ушло ровно в три раза больше времени, чем на одного. Не знаю, как справляются воспитатели в детских садах с оравой в двадцать, а то и больше человек. Святые люди – не иначе.

Надевая шапку Веронике на голову (Сашку и Катю я выпроводила в подъезд, чтобы не толпиться в прихожей), я убрала ее чёлку со лба и выпустила косички вперёд. Затем натянула снуд и поднялась на ноги, довольная результатом, но не временем, которое было потрачено.

– Вот так, а теперь варежки доставай, и пойдем.

Она сунула свои ручки в карманы, и детское личико в мгновение стало озадаченным. Ладошки явились обратно на свет без добычи.

– Потерялись.
– Её голос звучал очень грустно.

Девочка сжала свои пальчики и разжала снова, словно показывая, что ничего не выйдет и ладошки на морозе обязательно замёрзнут. Но идти-то было недалеко, так что едва ли это возможно, и всё же… Поразмыслив пару секунд над этой неурядицей, я махнула рукой.

– Не расстраивайся, Вероника. У тёти Насти дома всегда есть запасные варежки. – Я подмигнула и, скинув угги, бросилась в большую комнату к одному из контейнеров.

Вообще, варежки я вязать не очень любила, а детские так и тем более. И всё же было у меня две или даже три тестовые пары, в которых я то ряд в рисунке пропускала, то большие пальцы на разной высоте выстраивала. Я вовсе не как тот самый сапожник без сапог, и возможности протестировать свои изделия на себе или сыне (и даже на брате) я никогда не упускала.

У Вероники был бело-розовый комплект из шапки и снуда, и подобрать для нее что-то в цвет я не могла. Пришлось ориентироваться на размер. Самыми маленькими были варежки из зелёной пряжи с вплетениями нитки мохера. Теплые и пушистые. Узор на них «поехал» с пятого ряда, и вместо ромбов получился кавардак. Лежали уже года два – на продажу не годились, а распускать жалко, так много времени на них потратила.

И вот же, пригодились.

– Держи.
– Я протянула находку Веронике, которая тут же стала натягивать их на свои ладошки.

– Спасибо, тетя Настя.
– С этими словами она вышла из квартиры, где недовольная Катя уже причитала о том, почему мы так долго. И дальше всей толпой мы погрузились в лифт, который доставил нас на первый этаж.

На улице творилось волшебство. Сказочные крупные хлопья, такие большие, что казалось, одной снежинкой можно залепить глаз, падали с неба, закручиваясь в причудливые танцы. Такого снегопада в этом году еще не было. Снег ложился тяжелыми сугробами, и детвора не спешила уходить по домам, пока не налепит удовлетворительное количество снеговиков и укреплений. С одной стороны шла войнушка, с другой - соорудили снежно-ледяную горку, а с третьей приделывали морковный нос к очередному красавцу из трех белых снежных шаров и палок.

– Горка!

Вероника с восторгом смотрела на тех детей, которые скатывались вниз с визгами и криками, затем поднимались на ноги и, загребая охапки снега в свои сапоги, неслись в очередь, чтобы повторить подъём и спуск. Честно говоря, если бы не обстоятельства, я бы и сама с удовольствием сейчас забралась на это чудо и прокатилась на ледянке, но у нас определённо была цель – довести девочек до дома и вернуть их родителям.

– Я хочу на горку! – в противовес моим мыслями малышка указала зелёной варежкой в нужном направлении.

Я вздохнула.

– Вероника, давай мы сначала отведём вас с сестрой домой, а завтра вы придёте и покатаетесь. Горка не растает, а ломать её точно никто не решится.
– Я старалась быть твёрдой и убедительной, но в свете уличный фонарей, мигающих в окнах от первого до десятого этажа гирлянд и под натиском метели я сдалась.

И буду гореть в Аду.

Это было плохое решение, стоило проявить больше стойкости, но разве можно отказать ребёнку, который смотрит на тебя так невинно. Вероника едва ли понимала, в какой панике сейчас находятся родители. А я понимала, но не смогла противостоять ее просящему взгляду.

– Только один раз, - едва успела крикнуть я в спину убегающему вслед за девочкой Сашке и нахмурилась от собственной слабости и глупости.

– Не переживайте, ей никто не может отказать. Даже папа.
– Катя предприняла попытку меня успокоить.

Поэтому я и решилась задать следующий вопрос.

– Ты уже несколько раз сказала только про папу. Я не хочу показаться любопытной, но вы живёте только с ним?

В ответ девочка лишь кивнула. Моё любопытство возросло, но всё же я постаралась подавить его в зародыше и не дать еще большему количеству неуместных вопросов вырваться наружу.