Шрифт:
Привратнице надоел грохот. Она выглянула в щель, убедилась, что настырная бабка пришла одна, и отворила калитку, надеясь вразумить бестолковую посетительницу. Но и слова сказать не успела: старуха ловко просочилась мимо нее во двор. Но дальше не пошла, протянула привратнице мешочек с халвой и ласково сказала:
– Угостись, дочка, стоишь тут весь день на жаре.
Гостья выглядела так безобидно, что привратница сменила гнев на милость. Конечно, в дом бабку не впустила, но угощение приняла и снисходительно выслушала жалобный рассказ: мол, приснился бедной женщине сон. Совсем худой сон. С сыном ее, что ушел с караваном за горы, стряслась беда. Вот и решила она, старая, пойти в Дом Зеркала – узнать о судьбе единственного сыночка... Завтра? А если она не доживет до завтра, так и помрет в волнении?
– Ты уж, матушка, постарайся дожить до завтра, – посоветовала привратница. – Сегодня все ушли с шествием. Только мудрая Ухтия осталась, у нее два ребра сломаны... Да еще охрана тут! – поспешила добавить женщина, смекнув, что бабку могли подослать грабители.
– Два ребра сломаны! – ахнула старуха. – Да неужто она сама себе не могла судьбу предсказать – мол, в такой-то день с лестницы надо осторожнее спускаться?
– А она не с лестницы упала, – разоткровенничалась привратница. – На нас напали!
И с удовольствием рассказала про злодеев, халфатийца и чужеземца, которые учинили буйство в Доме Зеркала, в потасовке поломали ребра мудрой Ухтии и увели с собой одну из прислужниц, иллийку Фантарину.
Старуха переменилась в лице:
– Иллийку? Фантарину? Дочка, да я же знавала иллийку, которую так звали! Но та была женой купца.
– Так, может, она и овдовела?
* * *
Вновь приняв мужской облик, Двуцвет дождался, когда народ хлынет обратно в город, и разыскал давнего знакомца – ловкого, хитрого человечка, знающего Байхент. Двуцвет сказал ему, что его интересуют двое негодяев, халфатиец и чужеземец, учинившие бесчинство в Доме Зеркала. Ловить их не надо, на это есть стража, но хотелось бы знать, что это за люди и откуда они взялись в дивном городе Байхенте.
Человечек старательно отработал полученные деньги. Побывал в Доме Зеркала. вызнал приметы незваных гостей, затем обошел все ворота города, расспросил стражников о чужеземцах, входивших в Байхент. Побывал на постоялых дворах, побродил по харчевням, потолковал с глазастыми городскими нищими. А потом доложил Двуцвету:
– Люди, побывавшие в Доме Зеркала, похожи на странников, что остановились на постоялом дворе старого Хуссама. Халфатиец, а при нем – франусиец-охранник. Халфатийца зовут Райсул, сын Меймуна.
Имя это ничего не говорило Двуцвету.
– А как зовут охранника?
– Он не назвался хозяину постоялого двора. Но хозяин случайно услышал, как Райсул обратился к охраннику по имени. Такое странное имя, иноземное...
– Какое же?
– Капитан.
«Бенц! – про себя взвыл Двуцвет. – Непонятный, вездесущий Бенц!»
IV. ОБРЕТЕНИЕ НОВЫХ ВРАГОВ
1
Там один был, непослушнее других,
Из бывалых, небывалых, дорогих.
Как дрожали его струнные бока!
Как летел он теплым телом в облака!
(Р. Казакова)
Не так уж и волновали добрых жителей Байхента вопросы, которые будут заданы спящему правителю, и ответы, которые даст его устами небесный дух. Нет, приятно, конечно, поглазеть на это зрелище. Но не менее приятно провести летний день за городом, побалагурить с добрыми соседями, съесть на свежем воздухе прихваченную из дому еду.
Шли семьями – держали за руки жен в темных вуалях, добродушно покрикивали на резвящихся детишек, вели под уздцы осликов, навьюченных мешками и кувшинами.
Не отличался от прочих статный мужчина в добротном халате и отличных сапогах. Так же вел серого навьюченного ослика, так же покровительственно придерживал за руку закутанную в платок жену. И не привлек он у ворот внимания стражи, и не спросил никто даже его имени – если каждого проверять, толпа и до завтра не покинет Байхент.
Единственным человеком, которого взволновал вид этого мужчины, была Райзия, жена гончара Бейхана. Она ойкнула, шарахнулась к мужу.
– Ты чего? – недовольно спросил гончар.
– Ничего... оступилась...
– Курица глупая.
Райзия не ответила. Может, она и курица глупая. Но у нее хватит ума, чтобы не вопить: «Люди, хватайте преступника! Он вчера вломился в Дом Зеркала!»
Ну, вломился и вломился. Для нее, Райзии, все кончилось хорошо. Даже муж ее не побил. Попробовал на зуб серебряную монету, которую гордо вручила ему жена, выслушал ее взволнованный рассказ и буркнул: « Больше дома надо сидеть, меньше по улицам шляться!» И все! А про вторую монету, полученную от щедрого злодея, Райзия мужу не сказала, припрятала на черный день. Так чего уж теперь вопить-то?