– Я! – выдали слаженным дуэтом пацаны.

Варвара принесла им тарелки, приборы, заговорщически подмигнула и показала пальцем на большие круглые часы, которые были единственным украшением террасы – она превращалась в столовую в теплое время года.

– Когда длинная стрелка будет на цифре «двенадцать», а маленькая на цифре «три», я приду и проверю. Время пошло! А я пока покормлю Герца.

Варвара развернулась и собралась уходить, а у меня комок в горле застрял. Перехватило дыхание. Маленький тактичный воробышек! Она собралась где-то в кустах жевать чипсы, которые дома, я видел, положила в свой потрепанный рюкзачок. Я почувствовал себя зажравшимся снобом. Отвратительным, потерявшим человеческие эмоции денежным мешком.

Хорошо, Марина быстренько исправила неловкость, не дав мне морально упасть в глазах друзей и своих собственных.

– Ты куда собралась, Варюша?! У нас не принято из-за стола убегать. И Герца мы здесь кормим. Иначе он обидится.

Варвара замялась.

– Я правда, не голодна.

– Никуда Герц не денется. Быстренько за стол.

– Варвара, слушайся старших. Садись, - я попытался шуткой сгладить свое смятение, но получилось плохо. Пришлось прокашляться, потому что голос сел.

Девушка, заметно стесняясь, подошла к Марине, которая хозяйским оком оглядывала накрытый стол – все ли на месте.

– Чем я могу помочь?

– Да ты уже так помогла, что я целый день буду тебя благодарить. Надо ж так замотивировать моих шустриков! Сидят, жуют молча, на часы посматривают! У тебя, небось, мелких братьев - сестер полно, что ты так лихо с ними управляешься?!

– Нет, я одна росла, - грустно улыбнулась Варвара, а мне опять стало не по себе. Представляю, каково ей отвечать на такие вопросы… У нее ж вообще никого нет! Тоненькая, беззащитная, как былинка на ветру! А я практически ее оттолкнул, даже слушать не хотел. И если бы не Герц, где она сейчас была б? Приехала из провинции, ни опыта, ни знакомых. Так и сгинуть недолго. То ли совесть, то ли какое-то другое непонятное чувство так заскребло душу, что я готов был отвести эту девчушку куда-нибудь за угол, обнять, прижать к себе. «Прости малышка! Я не дам тебя в обиду!» Эти слова просто рвались из сердца, и мне стоило большого труда оставить их при себе.

Я выдохнул и не нашел ничего лучшего, как позвать Герца. Нужно было куда-то выплеснуть этот сгусток эмоций, и я хотел хоть его мысленно поблагодарить, что не позволил мне оставить в беде этого подранка. Мой красавчик недоуменно поднял морду, словно спрашивая: «Хозяин, ты уверен, что мне сейчас настолько важно, что ты хочешь сказать, что я оторвусь от этой восхитительно сладкой косточки?!»

И по немного удивленным взглядам друзей сам понял, что некстати. Мозги будто превратились в вату, неспособную дать вразумительное объяснение – чего ж я хотел. И это было настолько дискомфортно, что я даже растерялся. Все-таки события последних дней прямо на глазах меня разматывают.

– Иди, кусочек сала дам. Попробуешь наш деликатес!

Я взял ароматный ломтик с тарелки и протянул Герцу, которому за счастье было полакомиться неодобренной собачьим Минздравом едой. Выкрутился! Но это перед другими. А перед собой - нет. В груди будто кто-то сидел и дергал по очереди мои нервы, и меня никак не отпускало все то же странное и совершенно непонятное чувство.

Потом, правда, отпустило, потому что дом друзей – это мой персональный рай. С райской же едой. Бесподобный Маринкин борщ и теперь на все сто процентов теплая, безоблачная атмосфера за столом. Никто не изображает из себя нимфу, питающуюся нектаром и пукающую розами. Очевидно, и Варвара почувствовала себя здесь в своей тарелке, несмотря на то, что напротив сидит хозяин и изредка кидает неоднозначные взгляды. Она разрумянилась, наверно, и от горячего борща, и чеснока, который заедала борщом вприкуску с мягким, с розовыми мясными прожилками салом. А возможно, и от домашнего тепла, которого катастрофически не хватало и мне. На симпатичной мордашке было такое нескрываемое восхищение, что я снова поразился ее умению жить Здесь и Сейчас. Работа, можно сказать, еще висит на волоске, во всяком случае, она так считает. Ни единой родной души в живых. Но умеет так искренне радоваться маленьким подачкам Судьбы, что невольно хочется взять с нее пример.

Но у нее еще энергия юности бьет ключом, а я хоть и нестарый, но уже потрепанный жизнью волк. Тем более, что под угрозой бизнес.

Я готов был опять утонуть в лихорадочном потоке мыслей насчет решения проблемы, но спасибо этому дому, как говорят, я временно отключился.

– Варя, я Супергерой!!! – практически одновременно издали торжествующий вопль близнецы.

– Ну молодцы! Сейчас я вас научу супергеройским штукам! – Варвара так задорно улыбнулась, что меня самого будто солнечный луч погладил. – Марина, оставьте посуду, я потом помою. И спасибо большое за обед! Все было бесподобно вкусно!

– Варенька! Да если ты их еще на полчаса угомонишь, я буду чувствовать себя в неоплатном долгу, - мне показалось, что Марина, расчувствовавшись, хотела обнять девчонку, но в последний момент засомневалась. Она машинально заправила за ухо выбившуюся из непрезентабельного хвостика прядь и, глядя вслед убегающей троице, не сдержалась: - Везет же ее матери! Такое сокровище. Ей- Богу удочерила бы. Сень, а, может, ты оставишь их с Герцем всего на пару деньков? Я Никите хоть бы показала, какие девочки бывают. А то иногда приезжает с подружками, так волосы дыбом становятся. Чтобы помочь кто предложил? Да сроду такого не было. А как думают, что их никто не слышит – мат через слово. А разговоры? То про «сосаться» да секс, прости Господи, то про айфоны, то вечеринки. И такие вот… ну чисто потаскушки малолетние. А Варюшка, хоть постарше, но такая чистая девочка…

Что-то весьма похожее на ревность царапнуло душу. Хотя почему похожее? Настоящее собственническое чувство. Мой Герц и моя нянька Герца! Хотя и Марину я прекрасно понимаю. Ну как понимаю… Только сейчас задумался, как ей тяжело одной везти на себе все хозяйство. Димка крутится, и дома работает, и разрывается между двумя фирмами, чтоб какой-то достаток был. Непросто им дается семейное счастье.

И просьба Маринки застала меня врасплох. Я отчетливо понял, что Герц и Варвара, словно компот из молодильных яблок для меня. Мне нравится смотреть, как они возятся, играют. Они словно наполняют жизнью дом, построенный с любовью, но сейчас практически холодный. И еще я решил, что в Москву я съезжу на день перед Питером. Поменять одежду, проверить офис, исполнить супружеский долг, наконец. А завтра хочу побыть с этой неугомонной парочкой и собраться с мыслями.