От своего маленького звериного блаженства он даже прикрыл длинные черные ресницы, полностью отдавшись неподдельным эмоциям.

– Смотри-ка, он меня помнит!
– рассмеялся недоуменно и радостно Гром, и обнял малыша в ответ, тоже замурчав, только гораздо сильнее и ниже - как настоящий большой медведь.

Гуля никогда не сомневалась в том, что ее муж станет прекрасным отцом, но видя то, как он обнимал малыша и прижимал его к себе, бережно держа большими руками - на ее глазах появились слезы умиления.

– Конечно помнит! Он и дом по запаху узнал, хотя ему тогда было всего пару дней от рождения, - с улыбкой кивнул Север, - Только с тех пор, как Гранит стал ходить – за ним нужен глаз да глаз! Он только что по потолку не бегает!

– Справимся, не переживай! – Гром хлопнул Севера по мощному плечу, и протянул руку, чтобы приобнять скромно улыбающуюся Мию, - Рад тебя видеть.

– И я тоже очень рада, Гром. Прости, что пришлось тебя побеспокоить!

– Никакого беспокойства. Мы всегда рады вам. Оставайтесь у нас столько, сколько пожелает ваша душа. Места на всех хватит, как и еды.

Скоро Север был вынужден поспешно уйти, и Гуля наконец смогла познакомиться лично с Мией.

Она влюбилась в эту девушку с первого взгляда, стоило ей только попасть в ее объятья, и прошептать, что всё будет хорошо, и под контролем самых мудрых и знающих берсерков всех четырех родов.

Мия словно была сестрой.

Долгожданной, выстраданной и настолько душевной, что в груди что-то трепетало от восторга и нежности.

– Наши отцы не смогут долго быть в стороне от происходящего, - улыбалась радостно Мия, когда наконец сняла свой зимний комбинезон, и поспешила помочь Грому на кухне, чтобы разогреть поздний ужин, - Вот увидишь, скоро в вашем доме станет очень тесно и шумно, потому что папа Ледяной не умеет быть тихим. Он много шумит и ругается, но у него самое огромное в мире сердце, и он обожает своих спиногрызов.

– Кого?
– недоуменно улыбнулась Гуля, которая была вынуждена сидеть на диване в окружении подушек, хотя больше всего ей хотелось бы помочь на кухне тоже.

– Наших малышей.

Гранит уже во всю носился по первому этажу, присматривался и все обнюхивал, а когда неожиданно оказался у Гули, то она осторожно протянула раскрытую ладонь к нему, потому что понимала, что она для него пока еще чужая.

Малыш моргнул своими огромными синими глазищами и сделал шаг вперед.

Мимо протянутой к нему руки.

Но ближе к большому выпирающему животику.

– Он чувствует своего брата, - с непонятной щемящей дрожью в голосе хрипло проговорил Гром, наблюдая за происходящим, когда Гранит неожиданно обнял ручками живот Гули, прижался к нему, и снова замурчал, прикрыв глаза.

Гуля не могла поверить, но она отчетливо ощущала, что ее малыш даже в утробе замурчал в ответ, отчего стало необычно и немного щекотно.

– Просто удивительно,- прошептала заворожено Мия, и подошла к дивану, чтобы присесть на колени перед улыбающейся Гулей и своим разомлевши малышом, которого ласково погладила по голове, - Он ведь совсем не пытается агукать, как делают все человеческие малыши, но настолько остро чувствует мир, что меня это завораживает каждый раз.

– Поверь мне, Мия, Гранит еще не скоро заговорит, - улыбнулся Гром,- Все таки медвежьей крови в нем в десятки раз больше, чем человеческой, а потому будь готова к тому, что он будет проводить в лесу больше времени, чем в доме. И первые несколько десятков лет вести себя как звепь, пока человеческая сущность не заговорит в нем достаточно сильно.

Мия улыбнулась и кивнула с полным пониманием того, о чем говорит Гром:

– Я ко всему готова. Север и папы много рассказывали мне о своей юности.

– Надеюсь, что не все в подробностях?
– криво хмыкнул Гром, на что девушка только легко рассмеялась, неопределенно пожимая плечиками.

Мия и Гром понимали друг друга с полуслова, что было непривычно и забавно для молчаливого и замкнутого короля рода Бурых, которого не зря считали ворчуном и вечно недовольным медведем.

С этой голубоглазой девушкой он болтал и даже иногда шутил!

И под эту милую кухонную беседу Гуля даже задремала, не переставая улыбаться, потому что малыш Гранит удобно устроился рядом с ней и уснул, не убирая ладошку от животика. Он обнимал своего еще не родившегося брата даже во сне, словно пытался показать ему, что он рядом. Он здесь. Поможет и защитит на праве старшего братика.

Гуля не заметила за собой как уснула впервые за последние дни крепко и уютно, потому что увидела, что Гром на самом деле расслабился с приходом Мии и Севера, как о живом напоминании о том, что в их непростой ситуации все может быть хорошо.

Может и будет.

Она не проснулась, даже когда муж бережно укрыл ее и Гранита пледом, а сам тихо обратился к Мие, прошептав:

– Я приготовлю вам комнату на втором этаже.

– Не стоит беспокоиться, нам достаточно этого дивана. Я все равно едва ли смогу отойти от кона в ближайшее время.