– Да, – Люк кивнул.

Виткевич должен был знать. Он работает здесь очень давно, и от специалиста такого уровня не может быть секретов. Он наверняка принимал участие в разбирательствах.

– Понятно, – шумно вздохнул менталист. – И что там в сознании? Туман и миражи, или вспышки?

Люк напрягся. Вот где-то сейчас и он оценил. Конечно, не сталкивался с закладками такой силы, но более простые и поверхностные в сознании видел.

– Вспышки, – тихо сказал он. – Мы идем?

Виткевич что-то тихо буркнул, выругался.

– Вы оставили ее одну? Дверь-то хоть заперли?

– Запер.

Люк понял, как холодеют руки.

Если все действительно так – дело очень плохо.

– А окна? Ладно, бегите, я сейчас оденусь и догоню.

Люк сорвался с места. Скрипя зубами. Проклиная все на свете, что не может сейчас быстро бежать. Слишком торопясь, едва не спотыкаясь.

Как он мог быть таким идиотом и сразу не понять? Конечно, он все равно мало что мог сделать, но хоть быстро найти кого-то, кто сбегает за Виткевичем, а самому остаться сторожить.

Может быть, время еще есть? Может он успеет?

Сорванные блоки запускают цепную реакцию. Бывает по-разному, но если в сознании видны вспышки, то очень вероятно, что в цепочку защитных блоков заложено какое-то действие. Вспышки – побуждение к чему-то. Судя по картине, которую он наблюдал – реакция активна, так что очень похоже. И какое бы действие заложено не было, ничего хорошего там нет. Что мог хотеть от нее Вацлав-Томас в критической ситуации, когда все провалено и его игру вот-вот раскроют? Последняя попытка? Убить Штефана?

Только не это…

А учитывая, что под блоками прятали мощный потенциал… Лиз куда сильнее, чем это может показаться. Сильнее его. А это значит, она действительно на такое способна. Пройти мимо охраны, подойти… Штефан ведь знает ее, скорее всего подпустит.

Если Люк упустил – это конец. Если все так.

Виткевич догнал его почти на пороге, когда Люк открывал дверь.

Дверь заперта.

И на какое-то мгновение мелькнула надежда.

Но на диване никого не было.

И распахнуто окно.

И за спиной грязно ругается Виткевич.

Дальше Виткевич сам бросился бегом, Люк уже не успевал.

Люк спешил, шипя сквозь зубы, потом уже в голос ругаясь. Как же так вышло, что именно сейчас он не может бегать нормально?

Главное – не споткнуться, потому что тогда вставать придется долго, и времени он потеряет много. Спокойно…

Хотя спокойно не выходило.

Воображение рисовало картины – одна другой мрачнее.

Если они не успеют? Если Лиз окажется там первой и ударит сама? Если мастер Грабе или сам Штефан, или король… если они успеют понять раньше и ударят сами? Лиз убьют. Кто знает, как это может выйти.

Если первый успеет Виткевич, он тоже не станет с Лиз церемониться.

Люк должен как-то остановить. Остановить так, чтобы никто никому не успел нанести вреда, и это можно было бы тихо замять. Убийство принца – замять точно не получится. Даже какой-то значимый ущерб.

Нужно успеть.

Люк спешил, и от этой беготни на костылях болели спина и руки.

Зубами скрипел.

Благо, где сейчас принц он представить мог. Торжественный ужин в честь приезда Нитошварского принца и послов… Вот же! Еще и этих сюда! Еще, вдобавок, обвинят не только в нападении на Штефана, но и устроят международный скандал. Только-только с Нитошваром заключили мир, а тут…

Люка пропускали, только косились странно… Но это можно понять, он плюнул на всю маскировку, сейчас было не до нее. И все равно, его можно было узнать. Мастер Хорак… пусть помолодел и без ноги, но кто знает этих магов. Главное успеть, со всем остальным он будет потом разбираться.

Сейчас по лестнице и направо, тут недалеко совсем. Если, конечно, они там.

Что делать, если Люк ошибается, и Лиз отправилась куда-то еще, он пока не думал.

Скорее, цепляясь за перила одной рукой…

И тут, на лестнице, вдруг тряхнуло. Кажется, весь дворец дрогнул, зазвенели люстры, что-то посыпалось и загудело.

Вот же…

И сердце замерло, прислушиваясь. И от этого толчка дрогнули руки, ноги разом подогнулись. Люк выронил костыль, тот запрыгал вниз по лестнице.