Агостино открывает дверь, делая шаг вперед и чуть в сторону, тут же прикрывая своим щитом Лиз.

Вперед!

Тут действительно двое солдат.

Одного Лиз вырубает сразу, заклинание уже висело на пальцах, стоило только метнуть вперед. Для второго удара надо собраться, и солдат успевает первым. Нет, он не маг, он выхватывает пистолет.

Сердце ухает.

Агостино делает резкий короткий шаг вперед, выбрасывая вперед раскрытую ладонь, и звук выстрела вязнет в тишине и почти вязнет пуля. Лиз видит, как она летит… медленно… Это почти противоестественно, завораживающе, и нужно лишнее мгновение чтобы очнуться.

Пуля с тихим щелчком отскакивает от щита.

И в то же время солдат падает, Лиз все же удается справиться.

Агостино кивает ей, идет вперед.

Он бы, пожалуй, мог тут справиться и сам, но говорил, что его действия будут слишком разрушительными, лучше сделать это потише. Да и силы беречь надо, кто знает, что ждет впереди. Пока из них хорошая пара – он прикрывает, она бьет.

Агостино подходит к лежащим на полу солдатам, отбирает у них оружие, один пистолет оставляет себе, другой протягивает Лиз.

– Умеете стрелять?

– Да, – говорит она.

– Берите. Если будут использовать глушилки, то никакая магия не поможет, только так.

Лиз кивает. Пистолет тяжелый, тянет руку.

– Я тоже умею стрелять, – шепотом говорит Хелена. – Меня Люк учил.

– Хорошо, – серьезно говорит Агостино. – Если будет еще, я вам дам.

У Хелены чуть дрожит подбородок.

Они идут вперед.

Все ближе, им остается не так уж далеко. И так странно, что почти не видно дворцовых слуг, хоть кого-то из своих.

За следующей дверью никого, зато потом им попадаются еще двое солдат. Что делать Лиз уже знает.

Два пистолета. Один для Хелены, другой Агостино оставляет себе. Патроны ссыпает себе в карман.

Тихо, все спят… Или их усыпили специально?

Впрочем, за очередным поворотом коридора их встречает испуганная сонная горничная, но Лиз успевает вырубить ее раньше, чем понять, кто перед ней. Агостино молча поднимает на руки и осторожно несет прятать за дверью, чтобы не попадалась на глаза. И глядя, как безвольно мотается голова женщины, Лиз чувствует укол совести. Нельзя же так с людьми! С другой стороны, это всего лишь сон, горничная просто спит… Не стоит сейчас беспокоиться.

– Вы можете посмотреть, что она видела за последнее время? – спросил Агостино. – Вдруг что-то важное?

– Могу, но это займет время…

А там где-то Люк…

– Просто по верхам, хотя бы за последние час-два.

Лиз послушно кивнула. Присела рядом, положила ладони ей на виски. Со спящими это проще. Но ничего… вроде бы ничего. Горничная спала у себя в комнате, потом ее разбудили далекие странные звуки, она вышла посмотреть. А звуки… сухое потрескивание… щелчки.

Похоже на потрескивание настройки мощных щитов.

Заговорщики не мелочились, накрывали прямо площадями, всех сразу. Просто чудо, что их троих не задело. Или… когда это было? Судя по воспоминаниям – полчаса назад. Они еще были в подвалах, там магия глушится, и щиты не достали. Повезло?

И вдруг… Лиз вздрогнула. Словно кто-то за ниточку потянул. Не сильно, но Лиз ощутила все равно. Вытянулась.

– Что? – спросил Агостино.

– Словно кто-то позвал, – сказала Лиз. – Не на помощь, а… словно это приказ. «Иди сюда». Но не сильно, так… связь ослабла. Я почувствовала это и… все. Дернуло.

Агостино повернулся к ней.

– Если вас держали под жестким контролем, то это может быть остаточно действие. Куда зовут? Это должно быть важно.

Лиз закрыла глаза, сосредоточилась, стараясь понять. Зов был слабый… Но очень знакомые ощущения, такое было с ней совсем недавно.

– Мне кажется, принц Штефан где-то там, – сказала она. – Я не уверена, но… мне так кажется. Я ведь должна была убить его и сейчас что-то тянет…

Быстро глянула на Хелену, но та молчала. Принцесса вообще удивительно тихая сегодня. Испуганная. Огромные глаза, белые щеки. Все ее близкие неизвестно где и она не знает, как помочь.

– Далеко? – спросил Агостино.

– Не знаю, – сказала Лиз. – Я просто что-то чувствую… направление. Что-то тянет меня, но я не могу точно сказать далеко или нет.

Агостино кивнул, долго стоял, размышляя, глядя на нее.

– До покоев Хелены нам осталось совсем немного, – сказал он. – Давайте пока придерживаться старого плана. Но если есть направление – это хорошо.

– Если вы чувствуете, значит, Штефан жив? – осторожно спросила Хелена, и Лиз поняла, что сжимается сердце.