– Лемур?
– предположил Батыгин, перекатывая виски за щекой.
– Спроказничал в марсианском зоопарке? И что это значит - его любви? Он что, и шашни там успел замутить? С этой самой кристаллиной? Этот алкоголик из первых поселенцев был еще тем фантазером, как я понимаю. Или просто давно и безнадежно бухал.

– Я ему не поверил. И спросил, почему он вернувшись не сообщил Правительству Федерации об этом невероятном мире, об этом чуде эволюции. И он сказал что она попросила его этого не делать. Она. Его кристаллина. Представляешь? И он стер с корабля данные о посадке на таинственную планету, на Земле навел порядок в делах, попрощался с близкими... И понял что не может вернуться! Он просто забыл координаты той самой планеты! Он помнил их все, кроме пары последних цифр. А космос как ты знаешь не маленький. И он рыдал там, в баре среди красноватых пыльных пустынь, пьяный в стельку, распахнув душу перед незнакомым юным кадетом. Я был первый кому он рассказал эту историю...

– Арсений Викторович, ну это же полный бред.
– Батыгин отпил виски и расхохотался.
– Какая еще планета с озерами, лесами и белокаменными башнями? Какое еще растение геномиус? Какие еще кристаллины? Вечные девственницы удовлетворяющиеся от растений, так и жаждущие приютить заблудившегося чужеземца чтобы предаться с ним страстной любви?! Да уж. Этот ваш собутыльник ободрал лемура в марсианском зоопарке и выдумал какую-то чушь.

– Тот пьяный старик ушел, бурча что-то неразборчиво под нос, явно наутро и не вспомнив наш разговор.
– продолжил задумчиво капитан.
– А я допил свое виски и уже собирался уходить, навсегда забыв эту бредятину, как вдруг заметил скомканную салфетку на его тарелке. К счастью бармен отвлекся и не успел ее выкинуть. Я развернул ее. Там были координаты, шестнадцать цифр. Как студент космофлота я сразу понял что это. Последняя шестнадцатая цифра была семерка, и она была перечеркнута, а сверху знак вопроса. Я забрал салфетку с собой. С тех прошло пор пятьдесят три года. И все это время я хранил помятую, расползающуюся на клочки ветхую салфетку в шкатулке под подушкой.

– Долгий срок.
– Батыгин глотнул виски. Лед и не думал таять, и вкус был сладким, как вересковый мед.

– У меня есть план.
– медленно проговорил капитан, и опустил глаза.
– Сегодня ночью я сяду в челнок и прыгну в эти координаты. Потом я верну челнок авто прыжком к кораблю. Пока корабль пришвартовался у астероида сделать это будет несложно. Я все рассчитал. Там должна быть не семерка. Там должны быть три тройки. Все совпадает, звезда белый карлик, газовый гигант, пустое место на картах, все, все сходится, сейчас мы убийственно близки к этому месту. Я напишу письмо, его найдут в челноке, там будет написано что я слишком стар и устал от жизни, и решил уйти досрочно. Дочке я уже написал. В общем, я сымитирую самоубийство. Ты единственный будешь знать правду. И правильные координаты. Возможно, когда то, ты захочешь навестить меня. Но не говори в Федерации об этой тайне. Посмотри что мы натворили на Титане и Фобосеваре. Нет, пока мы не готовы открывать этот невероятный мир. И кристалина - его кристалина - тоже просила этого не делать.

– Вы можете погибнуть!
– вскричал Батыгин.
– Вы не в себе, капитан! Вы врежетесь в астероид, газового гиганта или просто попадете в пустоту, челнок заклинит и вы не сможете вернуться. Погибнете от жажды или раньше задохнетесь. И все из-за пьяницы в марсианском баре и скомканной салфетки?

– Я прыгну только один раз. И я сделаю это сейчас.

Батыгину показалось, что морщины капитана разгладились, будто он помолодел на десяток лет, а обычно серые глаза в сумраке засветились серебром.

– Это безумие! Пьяница, скомканная салфетка в марсианском баре, какие-то цифры, притом перечеркнутые и со знаком вопроса. Нельзя рисковать жизнью ради этого...

– Вы не романтик, Батыгин.
– печально усмехнулся капитан.
– А я вот да. На старости лет стал романтиком. И даже Титан меня не изменил. Налить Вам еще виски?

– Давайте.

Они чокнулись полными стаканами.

– Он просто решил покончить жизнь самоубийством.
– наконец сообразил Батыгин.
– и придумал эту историю про кристаллин. Я должен был сразу разгадать этот секретный код. И вот что значат эти слова: возможно когда-нибудь и ты захочешь присоединиться. Проклятый Титан всех нас перемолол в труху...Мы устали, вот что надо признать

У капитана был железный характер, твердый как лезвие меча, и Батыгин знал что его не переубедить. Нечего и пытаться.

– Расскажите мне еще... про этот мир.
– попросил он, наконец с ужасом включаясь в игру. И все еще отчаянно размышляя, как бы успеть позвонить по внутренней связи заму Соломатину и сообщить о страшном, пока это страшное не произошло.

– Я знаю только то что услышал от того пьяного старика в баре. Я знаю что у них серебристые волосы, и сиреневые глаза, знаю что они вечно молоды, и живут в белоснежных тонких башнях соединенных ажурными мостами, знаю о танцах у кострах и играх в снежки. Знаю что они хотят сохранить свой мир в тайне.