В «жемчужинах» курортный сезон в разгаре. В июне сюда прут табунами те, кому бюджет позволяет. Жара, умные люди предпочитают в бархатный сезон весной или осенью. Зато работяги, фермеры и все остальные заполонили местные пляжи.

Я поджаренную толпу сверху наблюдала. Из аэропорта глайдером забирали. Станция — чуть дальше, за холмами, в огороженной зоне. Термоядерный реактор, два блока. И на каждом нужно будет старое железо снять, новое подцепить, спутниковую группировку протестировать и сдать, опломбировав все пятьдесят раз. Часть операций будут делать местные, но самые главные задачи нам. Мне — гайки крутить. К программам коммутации не допустят. Рылом не вышла. Зато и головной боли поменьше.

На проходной вертели-изучали, потом мимо главного машинного зала провели и у очередного турникета попросили все лишнее оставить. Инструменты и барахло на месте. От нас требуется просочиться через шлюзовую, все снять, местную униформу напялить и можно приступать к работе. Планшет очкастому тоже местный выдадут. Он уже по хитрым каналам нужный софт дольет и на пару с безопасниками будет разбираться, все ли нужное скачали.

Не успела выданные трусы с бюстгальтером натянуть, охранник подошел и протягивает гибкий экран, на котором вижу знакомую перекошенную рожу под армейской каской:

— Можно автограф? Мы с ребятами за вас болели!

Само собой. Армейских или флотских на охране объектов двойного назначения нет. А в силу корпоративной солидарности болеют всегда «за своих». После того, как мы изрядно отожгли во время забега по болотам, правила сильно переработали и на осень хотят вторую версию шоу запустить. В этот раз по одному подготовленному специалисту и полных ботанов в нагрузку: бухгалтера, грузчики, учителя. И не лень им по жаре бегать, мошкару кормить? Телевизионщиков я понимаю, дай только волю — они бы и гладиаторские бои устроили с добиванием поверженных «на бис». Но вот остальные — взрослые люди. Угробиться во время таких развлечений легче легкого. И даже приз не особо поможет, он достанется одной группе из семи заявленных. Остальные здоровье будут поправлять за свой счет. Но раз хочется — кто я такая, чтобы протестовать?

Поставила закорючку, улыбнулась и стала ярко-оранжевой комбез напяливать. А то маячит уже черт очкастый, недовольно зыркает.

Делай раз, делай два, делай…

Охрипла. Хотя старалась особо не ругаться. Но каждый день какая-нибудь фигня. То принимающему работу что-то не понравится, то они антенну у планшета скрутят в порыве трудолюбия и не могут софт обновить. То пихают мне в стойку кабель под напряжением, а я должна его голыми руками на место пристраивать.

Восемь точек пересобрали, я по итогам кило десять наверно сбросила. Хотя и так, словно тростиночка. Единственный плюс, Кульчиньский перестал на меня без дела скалиться. Нет, рожа постоянно кислая, но у него это в крови. Думаю, от него мама с папой еще в младенчестве отказались, когда он их задолбал придирками. Поэтому половину из сказанного тупо игнорирую. Хотя один раз не выдержала и выдала при посторонних:

— Господин куратор, давайте я не буду вас учить, как правильно резервирующий канал по маякам отстраивать. Я это знаю, но у вас опыта намного больше, признаю. Вот только про контргайку и хомут с провисающей петлей лучше не заикайтесь. Потому что будете выглядеть бледно.

— У меня на картинке сборка выглядит иначе.

— Картинка у вас от другого ящика, фотку делать доверили молодому идиоту. Мою работу принял вот этот господин. На «отлично», между прочим. Почему у него вопросов нет, а у вас в голосе я слышу неодобрение?

— Потому что у меня методическое пособие.

Выбесил меня тогда знатно. Я не вытерпела, отобрала талмуд, выдрала листок с картинкой и свернув в трубку стала использовать вместо указки:

— На станцию заводится два штатных кабеля питания, под маркировкой «Эй» и «Би». Вот они. Резервный пока обсуждать не станем, про него лекцию дам отдельно. Значит, в случае жаркого климата, разрешено оплетку срезать на пятнадцать сантиметров от конца хвостовика и место контакта обрабатывать защитной пастой «Гофра-три». Что и сделано. Во время работы оборудования возможна вибрационная нагрузка, периодически достигающая пика по стандартной мощности. Для того, чтобы контакты не ослаблялись, ставится контргайка с дополнительной муфтой и вторая поверх. Вот, демонстрирую. Кстати, про запасную гайку в методичке у вас ничего нет. Что является грубым нарушением протокола ремонта аппаратуры под высоким напряжением. Сертификат на данный вид ремонта вы у меня проверяли… И последнее. Раз в несколько лет на побережье бывают заморозки. Во время которых кабели начинают «играть», изменяя длину. В жару провисают, на морозе сжимаются. Демпферные узлы с подобным справляются, но для помещений рекомендуется делать запас при монтаже и оформлять его именно так, как я здесь на стяжках подвязала. Поэтому даже если в морозы сломается отопление и зал выстудит, у нас не будет никаких накладок по питанию. И все станции резерва отработают штатно, несмотря на бардак снаружи… Правильно сказала?

Инженер из местных показал большой палец.

— Еще вопросы?

— Прошу вернуть мне вырванный лист. Это подотчетное имущество. И вечером прошу рапорт на мое имя с описанием обнаруженных несоответствий.

— Спать когда?

— По завершению практики.

Жаба очкастая…

Двадцать третьего мы все работы закончили. Из самолета меня выгружали полудохлой. Хотя, Кульчиньского вытаскивали тоже почти при смерти. Как он мне сипел всю дорогу домой, на таких авралах обычно работает от четырех до пяти человек. Но основные кадры спешно доделывают все необходимое для комплекса пятизвездочных отелей по всему побережью. Народу прилетает огромное количество, поэтому будут развлекаться везде, куда безопасников согнали. Ну и работа у нас читалась из разряда «перебдеть». Резервные спутниковые каналы управления различным критичным железом — на случай войны. Потому что обычно на каждом объекте дежурная смена, несколько стандартных линий и наши коробки для варианта «рвани рубильник, гаси все разом». Это когда полярный зверь пришел и побережье вверх тормашками перевернулось.

Еще неделю я отбивалась от бумажной работы, предусмотрительно сливая написанное урывками. Заранее подстраховалась, умная девочка. Четвертого августа продрала глаза и прочла сообщение фрау Лаубе о взятых на вечер билетах. Отмучилась. Теперь — на горнолыжный курорт, будем там сидеть, подальше от бардака внизу. Конечно, от Лиры до пляжей лететь несколько часов, но чинопочитание зашкаливает. Вдруг кому справочку срочно надо? Вдруг губернатора захотят спросить о чем-то? Обычно его под микроскопом с таких высот не видно, но мало ли? Поэтому все госконторы уже по линеечке построены, к десятому числу на работе станут ночевать. И так — две недели, пока самые важные шишки не закончат о судьбах мира думать.