Группа туристов уже осмотрела местный детский сад, почту, дизельную станцию, склад ГСМ и откровенно скучала. Живописный берег с величественными китовыми скелетами производил на гостей куда большее впечатление.

Чувствовалось, что Петр Владимирович болеет душой за развитие своей малой родины, места, где он родился и вырос, и, пожалуй, этот неравнодушный человек приносил огромную пользу, искренне радея за своих односельчан. Но гости с большой земли приехали сюда вырваться из круговорота работа-дом-работа, радикально сменить картинку окружающей действительности, вдохнуть свежего воздуха в прямом и переносном смысле, и их не очень интересовали достижения жилищно-коммунального хозяйства в отдельно взятом муниципальном образовании.

Ольга еще на стадии чтения блогов в интернете поняла, что жить ей здесь совсем не хочется, а в ходе первого дня очного знакомства уже твердо убедилась, что ни при каких условиях не поменяет Москву на Чукотку. Приехать как турист – интересно, остаться жить – совсем не ее.

– Ну, я думаю, – начал Петр Владимирович, – что на этом моя часть экскурсии закончена, про современную, так сказать, жизнь я все рассказал, теперь передам вас Анатолию Алексеевичу Иилгыну, большому энтузиасту, историку и хранителю знаний нашего народа. Он, между прочим, кандидат исторических наук и занимается социальной антропологией! Выдающийся этнограф и краевед. Человека, знающего больше про наш народ, вам не сыскать.

Огромного энтузиазма эта характеристика у туристов не вызвала, но Петр Владимирович нашел другую причину в их поникшем виде.

– Но сначала, конечно же, обед!

Есть предполагалось за общим столом. Сегодня его накрыли преимущественно привычной русскому человеку едой, из знакомых желудку овощей и мяса. Не дожидаясь недоуменных вопросов, Юрий пояснил:

– Смотрите, здесь из чукотских деликатесов есть строганина из рыбы и вот стоит акутак. Упы сейчас нет, мантак и китовое мясо будет, если нам на охоте улыбнется удача, а копальхен на общий стол мы ставить не будем. Потом отдельно с желающими поэкспериментировать мы его попробуем, но пока дайте организму понемногу привыкнуть.

– А вот акутак это что? – спросила самая молодая из женщин группы. Ольга помнила, что ее зовут Ирина Разина.

– Это такая попытка придумать мороженое, когда за тысячу километров вокруг нет ни одной коровы. Берется жир, это, судя по всему, тюлений, охлаждается, взбивается, добавляются сахар и северные ягоды. Получается вкусно и питательно.

– Прикольно, – сказала девушка и достала маленькую камеру, – можно я поснимаю натюрморт, пока все не съели?

– Вы для себя снимать будете? – уточнил один из мужчин, чье имя Ольга запамятовала.

– Для ютуба, – ответил за супругу Данила Разин, – у нас трэвел-блоги, мы и сюда так-то приехали как на работу. Надо делать контент, а ситуация в стране сами знаете какая. Ну и в том числе делаем ребятам рекламу, – Данила кивнул на Юрия.

– Вы не переживайте, – подхватила Ирина, – мы попутчиков не снимаем, если сами не попросят, да и то, можем при монтаже вырезать.

– Вадим, по-моему, будет классно, если мы в видео попадем, – сказала женщина, и Ольга, молчаливо наблюдавшая за разговором, сразу вспомнила, что ее звали Наталья Серова.

– Придется каждый день краситься, – рассмеялась другая женщина с роскошными рыжими волосами, которые завивались в изящные локоны. Из-за завидной прически у Ольги отложилось в голове имя – Алеся Тихомирова.

Пока женщины чесали языками, мужчины начали раскладывать по тарелкам пищу.

– Юр, а как здесь с напитками? – спросил один из них.

– С базовыми все хорошо, – улыбнулся гид, будто ожидая этого вопроса, – чай, кофе, водка. Может, лимонады. Элитного алкоголя здесь не найти.

– А правда, что чукчи от одной рюмки сразу алкоголиками становятся? – продолжил наседать мужчина.

– От одной или не от одной, но в целом да, – серьезно ответил Юрий,– что чукчи, что эскимосы, что крэкай в алкоголизм ударяются легко. Раньше во многих поселках вечером на улице трезвого было не встретить. Сейчас здесь получше, но только потому, что, как я слышал, глава администрации и бригадир охотников всех держат в ежовых рукавицах. Потому что пьяными в море ходили, а это совсем беда. От них весь поселок зависит, нельзя им много пить.

– Юр, а сам-то ты употребляешь? – не унимался мужчина.

– Вася, кончай уже, – суровым голосом потребовала Алеся Тихомирова.

– Нет. Ничего крепче кваса не пью, – спокойно ответил гид, – да и с вами я двадцать четыре на семь работаю, так что получается, что мне и нельзя.

– Алесь, ну чего ты, нормально же общаемся, – попытался поспорить с женой Василий. Та в ответ тихо произнесла что-то похожее на «Завали» и отвернулась. Мужчина пожал плечами и сосредоточился на еде.

– А нам самим-то поохотиться дадут? – спросил Вадим Серов.