— Гордеев, — прошелестело в толпе, — ВЧК.

Под взглядом Гордеева Померанцев сник.

— Этих я забираю, — деловито сказал Гордеев. И повернулся к Борисову, протянув ему бумагу:

— Вот ваш мандат, возвращаю. Никто вас здесь не тронет.

2

Борисов сидел в кабинете у Гордеева в кожаном кресле. Доверительный разговор проходил под фотопортретом железного Феликса. Борисов изложил Гордееву суть его миссии. Нужно пустить составы с хлебом в Москву. Нужно вразумить Кондратьева.

Гордеев покачал головой:

— Упрям Кондратьев. Плюс дел здесь наворотил. Понимает, что прощения ему уже не будет. Разозлил комендант Москву, а Москва слезам не верит.

Это он, Гордеев, посылал в Москву донесения о том, что здесь происходит, предчувствовал, куда все движется. Но его не желали слушать. Упустили время, когда Кондратьева можно было остановить малыми силами. Теперь его так просто не сковырнуть. Кондратьев — популист. Умеет разговаривать с солдатами. Гарнизон за него горой. Хотя гражданское население, конечно, его ненавидят. Кондратьева нужно арестовать, но для этого понадобится армия. А значит — будет бой и это будет бой между красными и красными. Что может иметь плохой пропагандистский эффект. Поэтому Гордеев вынужден делать вид, что все происходящее в городе происходит с одобрения из Москвы и что вообще имеет какой-то смысл.

Борисов хочет все же сначала попробовать уговорить Кондратьева помириться с Москвой.

— Попробуй, — пожимает плечами Гордеев, — пропадешь.

3

Комендант принял Борисова незамедлительно. Во все время разговора он сидел в тени, а самого Борисова усадил напротив лампы, так, чтобы свет падал ему в лицо. Борисову не удалось толком разглядеть лицо Кондратьева. Но его слова она расслышал достаточно хорошо.

— Город Окунев Москве не подчиняется.

На этом разговор и был закончен. Кондратьев вызвал своего заместителя Жданова. Жданов хитрый жук, лебезящий и по-собачьи ластящийся к Кондратьеву. Даже смотреть на него неприятно.

Жданов вывел Борисова и сказал ему, что будет держать его рядом с собой и контролировать каждое его донесение в Москву.

— Как это понимать?

— Надо понимать так. Если мы тебя шлепнем — к нам пришлют другого уполномоченного. А так вот он ты, Борисов, у нас на глазах, как лещик на сковороде.

И Жданов прикоснулся рукой к руке Борисова. Борисову потом долго казалось, что место этого прикосновения липкое и дурно пахнет.

4

Пока Борисов занимался государственными делами, Забеля был весь в делах амурных. Между ним и Катей произошло любовное объяснение. Забеля был готов жениться на Кате, о чем ее и уведомил.

— Я согласна, — ответила она без лишних колебаний и кокетства. — Но мне нужно сначала поговорить с отцом.

Забеля был согласен подождать. Он же не знал, что отец Кати был комендант Окунева Кондратьев.

5

Диана показывала Хрусту фокусы. Исчезновение карты, огненный шар. Хруст просил объяснить, как она это делает. Диана смеялась — тогда будет неинтересно. Тем временем их дом окружили милиционеры. Готовился захват Хруста. Около полуночи — требовательный стук в дверь.

— Хруст, выходи с поднятыми руками.

Тишина. Взломали дверь, а навстречу вылетел и взорвался огненный шар. Дианины фокусы. Вошли в квартиру, обыскали. Никого.

Начали простукивать стены — нашли потайной ход на чердак. Ушел Хруст. И Диана ушла вместе с ним.

После этого случая Хруст задумался. В Москве ему оставаться нельзя, на него будет объявлена охота. Нужно уходить за границу, а для этого нужны деньги. Нужно заканчивать операцию с Борисовым. И, кстати, неплохо бы выяснить, кто его предал, кто навел милицию на его убежище.

На следующее утро следователь Морозов назначил встречу с осведомителем Картозиком. Пришел на место встречи и нашел своего осведомителя мертвым, с перерезанным от уха до уха горлом. Оборвалась ниточка, ведущая к Грише Хрусту.

Гриша готовился к экспедиции в Окунев. Диану он планировал пристроить на время поездки в Борисов компаньонкой к одной своей знакомой.

— Я знаю, ты едешь к женщине! — рыдала Диана.

— Я еду к моему лепшему другу Сене Жукову, которого я отправил в Окунев с поддельным мандатом! — в сердцах сказал Гриша.

— Как ты сказал? Сеня Жуков? — слезы Дианы высохли мгновенно.

Секунду она обдумывала полученную информацию, затем решила:

— Я еду с тобой.

Спорить было бесполезно.

6

Борисов с помощью Гордеева связался с Москвой.

— Полковник Маслов у аппарата, — услышал он в телефонной трубке. Тот самый Маслов, чья подпись на мандате. Разговор с Масловым у Борисова был короткий и по существу, без лирики. Доложил обстановку, спросил дальнейших указаний. Получил их: необходимо убить Кондратьева. Сделать это нужно тайно, так, чтобы никто не знал, что это сделали наши. Всю вину свалить на диверсанта, посланного… да вот хотя бы тем же Шестопаловым.