— Она рассказала ему, как герцогиня настояла на том, чтобы она осталась у нее на ночь, и как она, захотела передать Джерри, что не вернется в тот день домой, и герцогиня отослала обратно ее лошадь с конюхами.

— Я думаю, старший конюх, увидев меня, вспомнил нашего отца, — предположил Джерри.

Он задержался перед последними словами, поскольку ни он, ни Аспазия никогда не называли герцога по имени, боясь, что их могут услышать.

В комнату вернулся маркиз.

— Я послал мой экипаж, запряженный четверкой лошадей, — сказал он, — со слугой на козлах, умеющим обращаться с оружием, и с моим агентом Джексоном, который знает, по какой дороге привезти сюда вашего дядю.

— О, благодарю вас.., благодарю вас! — воскликнула Аспазия. — Как вы добры и все понимаете!

Она говорила с таким чувством и с таким выражением в глазах, которые заставили Чарли подумать, что маркиз не только включился в военную кампанию, но и одержал уже первую неожиданную победу.

Но затем он сказал себе, что как бы ни была Аспазия прелестна и необычна, она вряд ли произведет большое впечатление на мужчину, покорявшего сердца красавиц лондонского света, готовых упасть в его объятия при малейшем побуждении с его стороны.

— Я должен спросить вас теперь, — быстро сказал маркиз, — есть ли у вас какие-либо свидетельства — кроме вашего несомненного сходства с герцогом, — подтверждающие тот факт, что вы являетесь сыном и наследником покойного герцога.

— Конечно, есть! — сказала Аспазия. — Думаю, что именно их и ищет Боллард.

— Каковы же эти свидетельства?

— Мамино свидетельство о браке, страница из церковной книги в Малом Медлоке, которую она вырезала с позволения дяди Теофила, и многие письма, написанные ей нашим отцом, планировавшим их тайную женитьбу.

Она остановилась, переводя дыхание, и маркиз спросил:

— Где же все это теперь?

— Здесь, в Ньюмаркете, в банке. Мама отдала их туда на сохранение.

Маркиз нахмурился. Затем сказал:

— Я думаю, что нам надо, не теряя больше времени, отправиться туда и забрать все эти свидетельства, чтобы они не попали в чужие руки.

— Вы полагаете.., что герцогиня?.. — начала Аспазия.

— Герцогиня — очень важная персона здесь, — сказал маркиз. — Нам лучше ехать в банк.

Он вышел из комнаты, и они слышали, как он отдает приказание немедленно подать экипаж.

Им пришлось ждать лишь несколько минут, экипаж был подан к подъезду и они разместились в нем, чтобы проехать до банка, расположенного на главной улице маленького городка.

Маркиз наставил Джерри, как ему вести себя, и когда они вошли в банк, тот спросил управляющего.

При виде внушительных клиентов клерк немедленно провел их в офис, где навстречу им поднялся из-за стола сравнительно молодой человек, приветствуя вошедших.

— Я — Джером Стэнтон, — сказал Джерри, — и я и моя сестра, мисс Аспазия Стэнтон, хотим, чтобы вы выдали нам опечатанную шкатулку, сданную вам на хранение семнадцать лет назад моей матерью.

На лице управляющего появилось удивленное выражение, и он сказал:

— Это очень странно, мистер Стэнтон.

— Что? — спросил Джерри.

— Что вы прибыли именно в этот момент.

— Я не понимаю.

— Видите ли, сэр, четверть часа назад сюда прибыл джентльмен с письмом от ее светлости герцогини Гримстоунской, запросившей документы, сданные нам миссис Стэнтон.

— Вы не дали их? — спросила Аспазия, прежде чем кто-нибудь вымолвил слово.

— Я был в замешательстве, не зная, как поступить, — ответил управляющий, — поскольку, согласно воле миссис Стэнтон, выраженной в свое время, шкатулка может быть передана только ее детям, по их совместному требованию.

— Значит, она еще здесь? — спросил Джерри.

— Джентльмен, представляющий ее светлость, был очень настойчив и, не желая отказать такому важному клиенту, я попросил его подождать в другой комнате, пока я пошлю за управляющим, недавно ушедшим на пенсию, но живущим в городе, чтобы спросить его совета.

У Аспазии вырвался вздох облегчения.

— Значит, шкатулка здесь!

— Да, мисс Стэнтон, но я не уверен, что…

В разговор вмешался маркиз.

— Я — маркиз Тэмский, — сказал он. — Я думаю, что вы, может быть, знаете меня по имени.

— Да, конечно, милорд, — с готовностью сказал управляющий, — и я должен сказать, что нам доставляет удовольствие иметь вас в числе наших патронов.

— В таком случае, как ваш патрон, — твердо сказал маркиз, — я советую вам исполнить волю вкладчицы и вручить мистеру Джерому Стэнтону и мисс Аспазии Стэнтон, за которых я могу поручиться, шкатулку, которая была отдана вам на содержание их матерью и которая никоим образом не может быть передана иному лицу ни при каких обстоятельствах.

Сказанное, очевидно, произвело впечатление на управляющего, который в то же время был несколько обеспокоен саркастическим тоном маркиза, косвенно относившимся к герцогине.