— Да, это моя вина, — признался маркиз, — но больше ничего подобного не повторится.

Он снова потянулся к ней, но она пыталась увернуться от его поцелуев.

— Мне надо вам кое-что… — произнесла было девушка.

Но в этот миг дверь открылась, и они машинально отодвинулись друг от друга, увидев вошедшего слугу маркиза.

— Прошу прощения, милорд, но там кто-то спрашивает здешнюю хозяйку.

Маркиз еще не успел ничего ответить, как, отодвинув стоявшего в дверях слугу, в комнату вошел довольно внушительных размеров, бородатый, почти седой мужчина в национальной юбке-шотландке, с традиционной шотландской шапкой в руке.

— Мог'ли я п'говоррыть с хоза'кой… — спросил он с сильным шотландским акцентом, но, взглянув на Клодию, неожиданно запнулся. — Мож'о со'брразить, кхто вы, м'леди, без всяких в'прросов — очен вы на матужку покхожы.

Клодия нерешительно пошла ему навстречу, но не успела и шагу сделать, как вмешался маркиз.

— Кто вы? — сурово спросил он у вошедшего. — И что вам здесь надо?

Шотландец взглянул на него так, словно только сейчас обратил внимание на его присутствие здесь.

— Ззо'ут меня, сэрр, Талбот МакНайвн. А пррыбыл я с'да по пррыказанию главы мо'го клана забррат ее сиятелство в Шотландию.

— Глава клана? — воскликнул маркиз. — И кто он?

Клодия почувствовала враждебность в его голосе.

Видимо, для него этот человек ассоциировался с бесцеремонным вторжением в их жизнь, и, что совсем уж неприятно, возможно, он каким-то непонятным способом оказывался связанным с нею.

— Грраф Стрратнайвн, — торжественно произнес Талбот МакНайвн.

— Граф Стратнайвн? — переспросил маркиз. — Я бывал в его охотничьих угодьях, когда гостил в Броурерском замке.

Шотландец довольно улыбнулся.

— У его с'иятел'ства есть нескол'ко пррекррасных охотнич'х угод и прревосходные рреки, гд водятся лососи.

— Согласен с вами, но я все же не могу понять причину вашего появления здесь.

И тут Клодия, растерянно слушавшая разговор мужчин, наконец опомнилась.

— Я как раз… собиралась… все вам… рассказать, — вмешалась она. — Я пыталась… все объяснить вам…

— Но что именно? — насторожился маркиз.

— Пожалуйста… можно я поговорю с вами… наедине? — в порыве отчаяния попросила Клодия.

Она боялась, что ее рассказ так или иначе доставит ему огорчение.

Ей невыносима была даже сама мысль говорить с маркизом при их нежданном госте.

Словно поняв ее волнение, маркиз согласился.

Он обернулся к Талботу МакНайвну и сказал:

— Вы можете расположиться здесь поудобнее, я попрошу слугу принести вам чего-нибудь освежающего. Мне сейчас необходимо поговорить с этой леди, ради встречи с которой вы, очевидно, и проделали весь ваш путь.

— Не изволте бесп'коиться, все в поррдке, я подожжду, — энергично кивнул Талбот МакНайвн.

Маркиз протянул Клодии руку и повел к выходу.

Слуга маркиза стоял у парадной двери, — Поосмотрись тут и постарайся приготовить чай или кофе или предложи что-нибудь выпить тому человеку в гостиной, — велел маркиз.

— Будет исполнено, ваше сиятельство.

Маркиз взглянул на Клодию.

— Куда мы пойдем?

Девушка молча потянула его за руку и повела? вверх по лестнице.

Ей было трудно говорить.

Она вошла вместе со своим спутником в очаровательную верхнюю гостиную, казавшуюся, однако, слишком маленькой и невзрачной после огромных салонов во дворце.

Но маркиза совершенно не интересовала обстановка комнаты, он даже не огляделся вокруг. Едва закрыв за собой дверь, он обнял Клодию и сказал:

— Ну а теперь я хотел бы знать, что все-таки происходит? Кто этот человек и что ему от вас нужно? Что у вас может быть общего с графом Стратнайвном?

Клодия тяжело вздохнула.

— У меня… Он… мой… отец…

Маркиз в изумлении поднял брови.

Отодвинувшись немного, чтобы полностью видеть ее лицо, он произнес:

— Ничего не понимаю! Что вы сказали?

— Мою маму выдали замуж за… виконта Наивна… но она…убежала… от него… когда мне был всего год, и… с тех пор… никто из семьи никогда больше… не разговаривал с ней…

— Ваша мать убежала… она убежала с Уолтером Уилтоном, — повторил за ней маркиз, как будто пытался накрепко запомнить услышанное.