К тому же в транспорте было много указателей и объявлений, а заслышав русскую или украинскую речь Эдик сразу спешил к говорившим и уточнял верно ли он едет. Все обошлось — не потерялся, нашёл необходимый вокзал и поезд.

Там капитан вновь приобрел в дорогу баночного пива, сосиску, пирожок.

— И ведь, действительно, не пропал! — радовался и восклицал Эдик вслух, разглядывая во все глаза, мелькающие за окном аккуратные, словно игрушечные, немецкие города и деревни. — Как-нибудь доберусь до полка, осталось чуть-чуть…

И в Магдебург поезд прибыл тоже засветло, в шестом часу утра. Громобоев перед самым прибытием в купе быстро переоделся в парадную форму: рубашка, китель с орденами, брюки, фуражка. Высокому начальству следовало представиться как положено, при полном параде: порядок есть порядок.

Магдебург был большим восточногерманским городом, центром земли Анхальт? или если говорить по-нашему — областным центром. Эдик никак не мог привыкнуть к новому временному поясу, поэтому путался в часах и постоянно сверял свои часы с вокзальными. Уже расцветало, на площади вовсю трудились дворники, прибирая брошенный кем-то мусор, а всходящее солнце своими лучами начинало освещать шпили и крыши домов. Город изумил его пьяным шумом и гамом. Едва он сошёл с платформы и вышел из мрачного и величественного кубического здания вокзала, как к нему подвалили три «в сиську» пьяных немца и протянули ополовиненную бутылку местной водки и загоготали:

— Рус! Комрад!

— Дринк!

— Шнапс!

Немцы выглядели так, словно они сбежали из бродячего цирка. У каждого на голове чёрный цилиндр, на теле верх от фрака, низ без брюк — лишь длинные трусы. В руках мужики держали какие-то веники, тросточки со звоночками или колокольчиками.

— Найн! — только и сумел сказать растерявшийся Эдик, иных слов он не вспомнил.

— Найн рус камарад! Дринк, дринк! — настаивали пьяные немецкие товарищи. — Водка! Дойч водка! Карашо!

Из цепких лап доброжелателей Громобоева выручил советский военный патруль и подоспевший немецкий полицейский. Вояки потащили Эдика в сторону комендатуры, а полицейский энергично помахал дубинкой перед сизыми носами земляков. Подвыпившие доказывали, что всё в порядке, они лишь миролюбиво предлагали выпить. Полицейский через начальника патруля спросил, нет ли у офицера претензий к шаромыгам, капитан ответил, конечно, нет, не отнимали ведь, а наоборот, дружески угощали…

В это время мимо них проехала черная карета с открытым верхом плотно набитая подобными же празднующими и веселящимися пьяницами, и все как один были в чёрных цилиндрах и во фраках, но без брюк. Вместо брюк — шорты или просто цветастые трусы. Карета была запряжена парой лошадей, украшенная венками из цветов и листьев, и длинными разноцветными лентами. Немцы дико вопили, горланили задорные песни, пили из горла пиво и водку, провозглашали какие-то тосты и громко смеялись. Веселое трио неудачливых искусителей раскланялось перед суровым полицейским, они приветливо помахали Эдику и дружно устремились к карете.

— А что это за балаган? — Громобоев проводил пьяниц долгим удивлённым взглядом. — Клоуны в цирке шапито перепились?

— Да, нет, это молодые ребята со вчерашнего дня гуляют. Сегодня у них весёлый праздник — День пьяного мужика! Или если точнее сказать — день холостяка.

— Хороший праздник, — одобрил Эдик.

— Он уже завершается, основное гуляние было ночью. Все неженатые мужчины пьют и радуются жизни. Хорошо мы подоспели, а то бы ты и глазом не успел моргнуть, как они тебя в хлам бы напоили. Это у них отработано…

— Спасибо, конечно, но я думаю, что не дался бы! — усмехнулся Громобоев. — Ведь все-таки, кто кого победил? Мы их или они нас?

— Да кто его знает, судя по уровню жизни, — ухмыльнулся старший лейтенант. — Тебе куда? В штаб армии?

Эдик кивнул и уточнил:

— Мне надо попасть в политуправу.

— Все едино, они находятся в одном месте. Мы немного проводим, нам не трудно, это частично наш маршрут. А то вдруг опять другие холостяки пристанут с выпивкой. А потом, чтоб ты не заблудился в переулках, укажем направление движения. Дальше будут заселённые нашими виллы и дома, и уже не потеряешься…

Глава, в которой наш герой сталкивается с очередным сумасбродным генералом и несмотря ни на что добирается до места службы.

Штаб Третьей Ударной армии размещался в симпатичном комплексе состоящем из особняков и вилл, огороженных забором, с несколькими проходными и контрольно-пропускными пунктами. Видимо эти строения достались нам по наследству от частей разгромленного «Вермахта». Громобоев миновал одно КПП, второе, третье и лишь после этого оказался в политуправлении. Дежурный майор сказал, что начальник политуправления генерал Нехайло пожелал побеседовать с новичком лично.

Эдик посидел час в приёмной и наконец-то был вызван на аудиенцию. В огромном кабинете за столом покрытым зелёным сукном восседал дородный генерал-майор со злобными глазами. Сердитый начальник был без кителя, лишь в рубашке с погонами, он сидел под вентилятором, смотрел начавшуюся прямую трансляцию заседания Верховного Совета СССР, внимательно вслушивался в слова речи премьер-министра перед депутатами, обливался потом и вытирал лицо и лысину большим носовым платком. При словах о поэтапном и постепенном переходе экономики на рыночные отношения генерал Нехайло буквально изрыгнул ругань.