Я сажусь за компьютер и ищу информацию:

«Любовницы Роберта Шевцова», нет ничего. Только статья о том, что он ещё не женат, является самым завидным женихом не только в России, но и в мире. Спасибо.

Потом смотрю информацию о центре из брошюры. Действительно, такой существует. Статьи в основном на английском.

Начинаю читать истории выздоровления. Слёзы непроизвольно капают из глаз. Я эгоистка, раз отказываюсь от такого шанса для брата?

Если так дальше пойдёт, то я сдамся. Нужную для лечения сумму никогда не собрать, даже если вся Россия скинется по рублю. И если он готов такие деньги выложить только, чтоб я переспала с ним, то можно ли назвать меня после этого «дешёвкой»? Вряд ли.

Но я все равно отмахиваюсь от этих мыслей. Хотя внутренняя борьба уже началась.

***

Через неделю случается ужасное.

Я весь день провожу на работе. Кажется, моя временная подработка незаметно превращается в постоянную. На пробах снова отказы.

Когда я прихожу вечером домой, первый раз за всю жизнь вижу, как тетя плачет навзрыд. Дядя сидит рядом, гладит ее по спине. И Паша тут же на инвалидном кресле с испуганном лицом.

— Как такое могло произойти? Звони быстрее этому человеку, узнай, что можно сделать, — всхлипывает тетя.

— Что случилось? — я бросаю сумку у входа и кидаюсь обнимать тетю.

— Твоего дядю подставили, — сквозь слёзы говорит она.

Спустя полчаса, когда тетя успокоилась, они рассказали мне все с самого начала. Дядя два года назад делал экспертизу почвы для строительства. Сейчас выяснилось, что экспертиза была сделана неверно. Какой-то бизнесмен начал строить торговый центр, все провалилось, он понёс большие убытки и теперь подал в суд на моего дядю. В лучшем случае все закончится большим штрафом. В худшем — реальным сроком. И дядя не сможет после этого найти работу.

— Я уверен, что все сделал правильно. Я не понимаю, как это могло произойти. Наверное, я смогу доказать свою невиновность. Вот, мне дали визитку человека, который мне сможет помочь.

Я протянула руку и взяла визитку в руки. Шевцов Роберт Викторович.

Конечно. Кого ещё я могла там увидеть?

Роберт

Не хотел использовать такие методы. Но ситуация с братом не прокатила. Хотя сумма, которую я готов заплатить за этот центр лечения, намного больше, чем я обычно трачу на женщин.

Играет она со мной?

Не знаю, только все больше ее хочу, кажется, скоро мое желание станет настолько нестерпимым, что придётся просто похитить и запереть у себя дома…

Но я не дикий варвар, чтобы так поступать.

Нет, силой брать не хочу. Алиса должна сама захотеть.

Хочу, чтобы она сама пришла ко мне.

Никогда не связывал женщин принудительно, и ее не буду.

Она согласится рано или поздно.

Я узнал ее дядю по фамилии, пересекались по одному строительному проекту. Хорошо работает, но слишком доверчивый человек, за его спиной мой знакомый провернул выгодную для себя сделку: собирается строить здание в Подмосковье, в месте, где это запрещено. А там стоит подпись этого Микунина. Знаю, что она была поставлена обманом. Но фактически он несёт ответственность.

Я все равно собирался это пресечь: мне не нравятся грязные методы. Я привык работать честно. И вот как удачно сложилось: именно про ее дядю недавно искал информацию, чтобы начать расследование.

Только до знакомства с Алисой эту информацию я хотел использовать против своего партнера.

А теперь собираюсь против ее дяди… Но это временно. Только лишь для того, чтобы она согласилась, чтобы ей было легче согласиться.

После совещания секретарша сообщает, что меня ждёт девушка в коридоре. Сердце начинает стучать чаще: пришла на повинную. Как я и рассчитывал.

Только вот врывается Алиса ко мне в кабинет совсем недружелюбно, с порога начинает кричать:

— Что вы делаете? Как вы могли? Я обращусь в полицию.

Моя секретарша хлопает глазами. Понимаю ее удивление. Во-первых, никогда никакие девушки в мой офис не приходили. Я разделяю работу и секс. Даже ни разу не заводил интрижек с секретаршами. Во-вторых, никто никогда не разговаривал со мной в таком тоне.

Жестом велю секретарше выйти из кабинета. Когда она выходит, спокойно сажусь на кресло и говорю Алисе:

— Успокойся, сядь, поговорим.

Алиса тяжело дышит, но все-таки садится. Мне нравится наблюдать, как она теряется в моем присутствии. Интересно, сколько мужчин у неё было, выглядит не очень опытной: вот и сейчас краснеет, опускает глаза в пол.

Затем неожиданно, чуть ли не плача, произносит:

— Пожалуйста, оставьте моего дядю в покое, он хороший человек. Он ни в чем не виноват.

Слеза капает на стол, она быстро вытирает большую каплю рукавом.

У любого другого могло бы дрогнуть сердце, но не у меня. Я рядом с ней чувствую сильное желание, хотя всегда ненавидел плачущих женщин. Сам не понимаю, когда и отчего успел возбудиться. Может, эта блузка слишком сильно обтягивает ее грудь. Говорю: