– Честно признаться, – вступает в разговор Колосов, при этом с подозрением сканирует нас своим липким взглядом, – мне до сих пор кажется, что Тимур водит нас за нос и никакая вы ему не жена.

– Наверное, мне стоит оскорбиться, – хмыкаю я и делаю глоток из бокала.

– Я никогда не выставлял на публику свою личную жизнь, – спокойным тоном произносит Тимур, закидывая руку на спинку моего стула. Второй рукой он лениво накалывает на вилку оливку, ни на кого конкретно не смотрит. – Да и никто раньше и не интересовался тем женат я или нет, а сейчас сделали вокруг этого настоящее событие.

Он произносит это ровным тоном, но и в то же время от его слов веет арктическим холодом. После такого шутить по повду наличия жены у Аврамова больше никто не решается.

На какое-то время сидящие за столом теряют к нам свое внимание. Мне кусок в горло не лезет. Я чувствую себя здесь неуютно. И Тимур замечает это. Он находит под столом мою ладонь. Пожимает ее, выражая поддержку и благодарность. Пока все идет по плану. Никто не встал и не выкрикнул: «Мы вас раскусили! Вы восемь лет как не живете вместе».

– А чем вы занимаетесь, Майя? Детей, как я понимаю, у вас с Тимуром пока нет. Или и это наш Аврамов скрывает ото всех? – по-доброму спрашивает Мария, женщина, сидящая рядом со мной. Она единственная, кто вызывает во мне симпатию здесь. И ее муж. – Не удивлюсь, если у вас там уже целая футбольная команда собралась, – смеется она.

– Если учесть как много времени посвящает мне моя жена, дети у нас появятся еще не скоро, – с наигранным укором в голосе произносит Тимур.

– У нас с Тимуром в последние годы отношения на расстоянии из-за работы, – поясняю я любоптным взглядам. Видно, что все хотят как можно больше узнать о нас, но не решаются задать вопрос напрямую. – Я часто посещаю мастер-классы известных шеф-поваров. Интересуюсь различными кухнями мира. А еще несколько месяцев прожила в Тибете с монахами. Пыталась познать себя и открыть внутренний резерв энергии, – я говорю не спеша, тягуче, с легкой улыбкой на губах. Я должна произвести впечатление девушки не от мира сего, чтобы ни у кого не возникало больше вопросов почему Тимур никогда не брал меня с собой на мероприятия такого типа.

– И как, удалось найти в себе этот внутренний резерв? – с язвительными нотками спрашивает молодая девушка, сидящая по правую руку от Колосова. У нее такой же разрез глаз как у него, и такой же высокий лоб. Без сомнения это его дочь. Та самая, которая неровно дышит в сторону Тимура. Именно поэтому весь вечер она пытается испепелить меня взглядом.

– Конечно. За четыре месяца без телефона, интернета и других отвлекающих факторов я полностью переосознала свою жизнь, почувствовала себя так, словно заново родилась. И меня потянуло домой. Всем советую устроить такую перезагрузку.

Жена Колосова начинает интересоваться подробностями моей поездки. Я в красках расписываю жизнь на самой вершине горы, в обществе монахов. Рассказываю и об обете молчания. Это было сложнее всего. Не произнести ни слова целых двадцать дней.

– Так вы, Майя, разбираетесь в кухне? – снова вступает в разговор девица. Кажется, ее зовут Рита.

– Да, – киваю. От фальшивой улыбки у меня начинают неметь скулы. Хочется, чтобы этот вечер поскорее закончился. – Тимур решил сделать мне подарок, так что вскоре я открою сеть ресторанов.

– В таком случае, что скажете об утке? Папа пригласил специально по такому случаю из Франции шеф-повара. Выскажите свое профессиональное мнение, – в ее глазах плещет ехидство. Она определенно пытается выставить меня невеждой.

– Скажу, что ваш шеф-повар мужчина. Только им удается так непревзойденно приготовить мясо, – мой голос спокоен, разносится по столовой словно бархат.

Вокруг раздаются тихие смешки. Мою шутку оценили. Хотя на самом деле я говорила это на полном серьезе.

– А вот вино, которое вы выбрали, – поджимаю губы и тянусь за бутылкой, – подделка, – с полной уверенностью заявляю я.

– Не мели чушь, – хохлится Колосов. – Я уже несколько лет покупаю у одного и того же проверенного человека коллекционные вина.

– Я знакома с многими сомелье и людьми, которые занимаются долгое время продажей коллекционных вин, так вот, сейчас я объясню вам, почему все три бутылки на этом столе не стоят тех денег, что вы за них заплатили.

Я выдерживаю театральную паузу, смотрю прямо в глаза Виталию.

– Многие считают, что если на бутылке есть старинная этикетка, то это оригинал. Но правда в том, что в хороших энотеках бутылки хранятся вообще без этикеток, потому что при влажности девяносто процентов они просто-напросто сгнивают. А у вас она хоть и слегка потрепанная, но выглядит весьма прилично, как для вина сорокапятилетней выдержки.

– Это же смешно, – отзывается один из мужчин. Я лишь усмехаюсь в ответ и чувствую на себе пристальный и заинтересованный взгляд Тимура.

Кажется, он удивлён моими познаниями в этой сфере. Ведь когда мы были женаты максимум что я знала – названия приправ, что продаются в супермаркете рядом с домом.