– Не могли бы вы, Виталий, попросить ваших официантов принести в зал пробки от всех трёх бутылок, – прошу я и за столом царит полная тишина, пока миловидная девушка в форме несет в мою сторону эти самые пробки.

Я мельком смотрю на Тимура, на его лице застыла самодовольная ухмылка. Кажется, ему по душе то что происходит. Хотя он и просил меня помалкивать и не светится.

– Благодарю, – улыбаюсь девушке и подношу к лицу пробку. – Это – один из основных показателей при оценке возраста вина. С годами, находясь в горизонтальном положении, и постоянно соприкасаясь с вином, пробка стареет и портится. Чем она мягче и рыхлее, тем старее вино. Если бы я сейчас держала в руках бутылку оригинального коллекционного вина, откупорив его, пробка вероятней всего полностью искрошилась бы в моих руках. Искусственным методом ее состарить невозможно, а эта, как вы видите, выглядит абсолютно целой. Не считая конечно дыры от штопора, – смеюсь я.

– И почему ты скрывал от нас такую женщину, Аврамов? – спрашивает Андреев, весело поглядывая на Колосова. Только сейчас понимаю, что выставила его дураком, указав на то, что он платит баснословные деньги за обычное вино. И что его так легко облапошить.

– То есть, полагаясь на рассказы ваших знакомых ценителей вин, – выплевывает он, словно говорит о шарлатанах, а не специалистах в своем деле, – вы сейчас на полном серьезе заявляете, что меня дурят пять лет подряд?

Кажется, я разозлила Колосова. Я ощущаю всем телом злость, направленную в мою сторону. Тимур рядом со мной напрягается, но я хватаю его за руку, давая понять, что все в порядке.

– Я знаете ли, милочка, серьёзный человек, и дела имею с такими же серьезными людьми, как я. И кое в чем разбираться умею. У вас слишком много гонору. Не думаю что такая неопытная девица как вы вот так легко на глаз может определить где подделка, а где оригинал, – Колосов доволен своей пламенной речью. Расслабленно откидывается на спинку стула. Рядом с ним высокомерно поглядывает в мою сторону его дочь.

– Вы правы, Виталий, – снисходительно улыбаюсь я, не подавая виду что обиделась на него. Хотя лицо пылает от того, какими взглядами на меня смотрят все присутствующие. Словно я сказала какую-то глупость. – На самом деле я поняла что вино подделка потому что за все время своего существования Доминио дель Раберо делало всего один раз закладки Марсалы. В восемьдесят шестом. А у вас семьдесят пятый на этикетке. Вы можете проверить эту информацию в любой энотеке. Или вбейте в поисковике, в интернете все есть. Поэтому советую в срочном порядке сменить вашего поставщика вин. А теперь прошу меня простить, здесь очень душно, я бы хотела подышать немного свежим воздухом.

Глава 15

На улице уже смеркается. Я иду вдоль аллеи в сторону искусственного пруда. Там, в тени деревьев, прячется деревянная беседка. Я разглядела ее с балкона в нашем номере.

Щеки все еще горят от сказанных слов. Еще вдруг становится важным знать злится на меня Тимур за выходку или нет.

Я упираюсь ладонями о поручни, делаю несколько глубоких вдохов. Если бы можно было отмотать время назад – поступила бы точно так же. Не люблю, когда на меня смотрят с высокомерием, словно я хуже, недостойна быть с ними за одним столом. Я много сил приложила к тому, чтобы быть наравне с такими людьми как Колосов. И никому не позволю пытаться унизить меня.

Я вздрагиваю от резкого звука за спиной. Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с мужем.

Он медленно приближается ко мне, при этом громко хлопает в ладоши.

– Браво, Майя, ты произвела настоящий фурор, – он широко и искренне улыбается. Не злится. В его глазах отражается восхищение. И это чертовски приятно. Раньше он никогда так не смотрел на меня.

– Прости, не удержалась, – раскаяния в моем голосе нет. Я усмехаюсь ему в ответ, складываю руки на груди. Наблюдаю за его приближением.

Тимур заходит внутрь беседки и занимает собой все пространство. Становится тесно. Разглядывает меня, словно впервые видит.

– А ты изменилась, Майя, – тихо шепчет он, при этом не отрывая взгляда от моих глаз. Он так близко, что его горячее дыхание касается моего лица. По коже бегут мурашки.

Я дрожу.

– Восемь лет прошло с нашей последней встречи, Тимур. Мне двадцать было, конечно я изменилась.

– Стала дерзкой и язвительной, – продолжает Тимур и подносит руку к моему лицу. Я задерживаю дыхание. Сердце пропускает удар.

Тимур прикасается подушечкой большого пальца к моим губам, ведет вдоль нижней губы. Этот жест слишком интимный. Непозволительный для бывших. Правильным было бы оттолкнуть его, но я почему-то не могу пошевелиться. Лишь с трудом делаю выдох через рот.

– Я всегда такой была, – не соглашаюсь с ним.

– Но не смелой.

– Не смелой, – подтверждаю и вскрикиваю от неожиданности, когда одним рыком Тимур подхватывает меня за талию и прижимает к стене.

Мы соприкасаемся телами. Становится удушливо. Пальцы Аврамова с силой впиваются в кожу. Его лицо всего в миллиметре от моего. Его губы прямо напротив моих. Он ловит мое дыхание. В глазах безумный блеск. От былой расслабленности не осталось ни следа.

– Что ты делаешь? – стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, но тщетно, дрожит словно лист по ветру. Такая близость вкупе с поведением Тимура будоражит сознание.

Кажется, он собрался поцеловать меня. А я не против.

– Тимур, – жалостливо выдыхаю я.

– Тихо, – он ведёт губами по моим скулам, а я вся дрожу. Тимур тоже напряжен. Каждая его мышца становится твёрдой, словно камень.

Мы столько лет не находились так близко друг от друга как сейчас. Нас разделяли километры. Тысячи километров. Я столько раз мечтала хотя бы на секунду почувствовать вновь вкус его губ, и вот мое желание может сбыться. Нужно лишь повернуть голову немного в бок.