Тимон поворчал, побурчал,да и пошел за мною следом. Ну а что ему еще делать оставалось?

Ничего, я ему уж потом устрою и насчет похвататься не за что,и за кормить нечем, и за личико бледное – вот за личико отдельно , а то я не знаю, какой у меня румянец! Уж сколько я женихов им отпугнула – больно с лица здорова, как девка деревенская. Аристократизму им мало, видишь ли. Кочерыжкой меня назвал! Ишь, Кукусик!

В общем, я шагала и себя накручивала. Но когда Тимон рядом шагать пристроился – немножко успокоилась.

Все-таки вдвoем идти как-то веселее.

Глюки были глюками в полной мере этого слова. Веселые то есть. Я задумчивым взглядом проводила мужика верхом на свинье. За ним с улюлюканьем, заплетаясь в ногах и размахивая бутылью с чем-то мутно-белым, бежали дружки. Падение ездока было встречено громогласным хохотом.

– За хвост хватай! – не выдержал застывший рядом Тимон.

Ну тут все логично: один излишне умный, нашел cебе друзей по несчастью. И рядом я с лопатой на плече. Естественно, его не послушаться не могли.

– Ви-и-и-и! – высказала протест свинья и прибавила ходу, а мужик за ней скользил следом по травке, одновременно закусывая оной.

– А хорошее село, - расплылся в дурашливой улыбке недодракон.
– Я бы тут остался.

– Место под могилку присмотрел?
– я выразительно поправила аргумент.
– Не переживай, я поглубже выкопаю, авось вылезти не получится.

– Злая ты, Бранка, - меня нахально обняли за плечи. – А все потому, что не влюбленная.

– ? что хорошего в вашей этой любви?
– я набычилась и так,исподлобья, посмотрела в бирюзовые глаза.

Мне показалось или золотых вспышек в них стало больше? Да и светятся они будто бы ярче.

– В ней все замечательно, – меня вдруг звонко чмокнули в нос.
– Я тебе потом покажу. Если захочешь.

Дом ведьмы встретил нас распахнутой калиткой,из которой выползал молодой парень, придерживая сваливавшиеся штаны.

– Здравствуй, - я шагнула к нему. Судя по перекошенной роже, рад видеть нас он не был.
– Наверное.

– Да тише ты, - он шарахнулся в сторону, спешно натягивая портки.
– А не то ведьма услышит – тотчас выскочит!

– Так мы к ней и пришли, – пожала я плечами.

– Психи, - припечатал парень нас и дал деру.

Спорить с утверждением я не стала, хотя очень заманчиво было в спину ему прокричать о том, что мы не такие. И лопатой на прощанье помахать.

– И кто это ко мне пожаловал?
– сыто мурлыкнул грудной низкий голос.

Мой взгляд тут же вернулся к крыльцу, что бы утонуть в таком знакомо бирюзовoм цвете. Только я ехидно отметила про себя, что у Тимона золотые вкрапления делают глаза гораздо красивее.

– Дева? С лопатой? И та-а-а-акой симпатичный юноша. Не хочешь скоротать вечерок за приятным делом? Брось свою рыжую и проходи.

– Прямо жажду, - скривился Тимон, - мама.

Я опасливо покосилась на него. Такие заявления делать ещё очень рано. Да, глаза совпали… частично, но все остальное… Перед нами была красивая молодая женщина невысокого роста с такими изгибами, что кадык Тимона нет-нет да и дергался. Черные гладкие волосы играли отблесками на cолнце. Чуть вздернутый аккуратный носик и пухлые губки придавали облику некую капризность.

– Ты уверен?
– шепотoм спросила я.

– ? то, - веселый обычно жених был мрачен и серьезен.
– Я чувствую.

– О, - одна соболиная бровь удивленно приподнялась. – Бартоломей. Зашел проведать матушку? А что ж с пустыми руками?

– А кто сказал, что с пустыми?
– голос балагура звучал непривычно холодно. Я даже вздрогнула. Сейчас как никогда он был похож на отца пусть и не внешне, но аурой власти.
– У нас с собой лопата есть.

Я оказался каким-то Бартоломей. Не, Бенедиктом, как яйца. Позор, честное словo.

– Так вот, Бартоломей, - женщина,которая по недоразумению произвела меня на этот белый свет, с довольным видом прихлебывала душистый чай из блюдца, - твой папашкa с отрядом у нас в деревне столовался почти месяц. Я мозгами пораскинула: чего Повелителю зря пропадать? Ну и опоила его.
– Она насмешливо взглянула на Бранку: – И чего ты,девочка, так гневно фырчишь? Кабы все бабы ждали,когда мужики на чего посерьезнее сеновала решатся – народ давно бы вымер. Мои зелья хороши. Хочешь тебе дам? Есть для кратковременного привлечения внимания,когда мужик ни о чем кроме твоего тела думать не может. Есть на любовь до гроба, но мне оно не нравится. ?роб этот всегда наступает неожиданно и от всякой ерунды типа ревности. Есть просто на привязанность. Хотя тебе я бы посоветовала начинать с внешности, – Ингрид провела тыльной стороной ладони вдоль своего лица. – Лучше любых зелий работает.