Девочки пытались подслушать разговор с помощью магии, но мама предусмотрительно выставила барьер. Я же терпеливо ждала, вышивая очередной платок. Пальцы чуть болели, как и глаза, но я продолжала выводить узор.

— В любом случае, я уже знаю имя этого парня, — проворчала Софи, откидывая прилипшую прядь волос со лба. — Остин. Остин Бэйл.

— И когда ты успела это узнать? — возмутилась Симона.

— Проворней меня лишь Джесс.

— Как вы думаете, зачем они здесь? — поинтересовалась я.

— Именно это мы и пытаемся узнать, сестрица — Софи подмигнула мне, вскинула руки и закрыла глаза. Магия полилась по ее рукам. Если бы сестра не родилась ведьмой, то обязательно ей бы стала. Не знаю, возможно ли это, но Софи бы точно нашла бы выход. — Давай же.

Однако с этим Софи ничего не могла поделать. Мама — глава клана, ее магия куда сильней нашей, а еще она находиться у нее под контролем. Даже члены нашего клана, что решили покинуть деревню, все равно не могли пользоваться силами безрассудно. Не считая тех, кто прибегнул к черной магии. Она не давала маме точно распознать, что именно творила ведьма и использовала ли при этом нашу магию.

— Кажется, — лицо Софи сморщилось, — они хотят вступить в наш клан.

— Что? — Мы с Симоной удивленно переглянулись.

Софи шикнула на нас. Она попыталась еще что-то узнать, но мама, видимо почуяв вмешательство, поплотнее натянула барьер. Оставалось только сидеть и ждать.

Спустя несколько часов из дома вышла мама, а вместе с ней парень. Она подвела его к нам и представила:

— Знакомьтесь, девочки, это Остин. Я попрошу вас занять его, пока мы не решим все вопросы. Договорились?

— Хорошо, — отозвалась Софи.

Остин держался отстраненно. Он не задавал вопросов, не проявлял любопытство. Молча вышагивал рядом, пока Софи и Симона показывали деревню. На любую шутку реагировал остро и одаривал одну из нас испепеляющим взглядом.

— Почему вы показываете мне деревню? — наконец, процедил он.

Мы с девочками удивленно переглянулись.

— Я имею виду, нет ли в вашем клане мужчин, что могли бы показать мне стоящие вещи и не болтать попусту?

Я впервые увидела, как Софи опешила. Она открыла рот, закрыла, взглянула на нас Симоной, а после на Остина.

— Прости?

Остин шумно выдохнул, словно мы втроем для него надоедливые мухи.

— Снимаю с вас обязанности показывать мне деревню.

Остин развернулся и уверенным шагом двинулся к мужчинам, что рубила дрова. Мы втроем, раскрыв рты, оторопело смотрели на него, не в силах выдавить и слова.

Спустя несколько месяцев

Первое впечатление оказалось обманчивым. Мы все решили, что Остин слишком заносчив и высокомерен, однако он был хорошим и добрым. Стоило лишь поближе пообщаться, как я смогла раскрыть его тонкую душу. На самом деле он заботился о женщинах. Всю тяжелую работу брал на себя, не давал носить бревна или бочки с водой. Даже занял место Софи на охоте. Вот только она восприняла это в штыки.

С Остином было легко. Однажды он с готовностью выслушал все мои переживания касательно магии и даже предложил свою помощь. Самостоятельно подавлять магию сложно. Так или иначе, она вырывается. А вот с помощью другой ведьмы гораздо проще. Каждое утро мы встречались с Остином, и он накладывал на меня сдерживающее заклинание. Первое время магия боролась, а теперь сдалась. Сейчас я и вовсе забываю, что когда-то была ведьмой.

Софи, узнав об этом, взбесилась. Пыталась меня образумить, даже рассказала маме. Но мама, в отличие от сестры, мудра. Она позволила делать все, лишь бы мне было комфортно. К тому же ее беспокоил совершенно другой вопрос: вступление семьи Остина в наш клан. Для заключения сделки нам нужна лесная ведьма, которая, к сожалению, не пробуждается от одного лишь желания. Мама, как глава клана, попросила предков связаться с ними, вот только ответа мы не дождались. Без согласия лесных ведьм договоренность кланов существовала: они пользуются нашей магией, а мы их, к тому же, предки с обеих сторон дали согласие на такую сделку. Однако словесные сделки, основанные на порядочности и честности, не всегда имели вес. И, если все ждали пробуждение ведьмы ради подтверждения, то я же хотела на нее поглядеть. Ведь это такая честь — застать пробудившуюся лесную ведьму!

В последнее время я заметила, что Остин относится ко мне иначе. По утрам одаривал комплиментами, днем старался лишний раз прикоснуться. Симона считала, что он влюбился в меня. Я же вспыхивала только от одного предположения. Остин мне нравился, но мы с ним еще слишком молоды. Я ценила его поддержку и заботу, но не готова была обещать чего-либо.

Мы проходили поляну. Я старалась не обращать внимания на испещренную трещинами землю, на поваленные деревья, и камни, что ночью обрушились с небес. Мое альтер эго пыталось убить Софи, поэтому вся сила была направлена на то место, где она спала. И снова чувство стыда накатывало. Я не могла перестать бросать виноватые взгляды на сестру. Софи их не замечала или старалась не замечать. Ее выражение лица было отстраненным. Она о чем-то думала и, как обычно, ни с кем не делилась мыслями.

В глубине леса деревья росли плотно, и редкий луч солнца пробивался сквозь кроны. Воздух здесь казался свежее и чище. Журчание ручья и щебетание птиц ласкало слух. Николас учтиво придерживал пушистые ветви сосен, пропуская нас вперед. Он заметно волновался, и его волнение передалось мне. Что если лесная ведьма резко отреагирует на острый язык Софи? Что если она обрушит проклятие и на нее?

— Как это работает? Я имею в виду, ты помнишь путь или вспоминаешь? — Софи склонилась, восстанавливая дыхание. Я пожурила себя за забывчивость: нужно было взять воду.