— Кто-то из нас должен был быть сукой. Эта участь досталась мне.

Мне надоело сидеть в одиночестве. Откинув прядь золотистых волос, я грациозно двинулась в сторону незнакомца, щедро угостившего меня вином. В этом теле и платье я выглядела неотразимо. И его взгляд лишь подтверждал мои убеждения. В отличие от Арлайны, я умела создавать красивые тела.

— Добрый вечер, — промурлыкал незнакомец, когда я заняла кресло напротив него.

— Сивилла, не смей оставлять меня одну! — закричала Арлайна, отчего в голове, словно прозвучал гром. — Я, кажется, просижу на этом дереве до самого утра.

— Пересядь на другое дерево, — ответила ей я, но губы мои растянулись в улыбке. Удобно, что мы с сестрами можем общаться с помощью мыслей и необязательно раскрывать рот, выставляя себя посмешищем.

— Бруэтта, ты слышишь? Она предлагает пересесть мне на другое дерево!

— И чем же тебе не нравится эта идея? — спокойно ответила наша сестра, и я едва сдержала смешок. Если кто и мог разделить мой сарказм, так это Бруэтта. — А еще лучше перескакивай с одного до другого, а потом садись на самолет и тащи свой зад ко мне. Так уж и быть, оставлю тебе несколько стаканов виски.

— Я не люблю виски, — пробурчала Арлайна.

— Арлайна, поболтай с Бруэттой, а я пока побеседую с этим милым брюнетом.

Я разорвала связь с сестрами и полностью переключилась на незнакомца. Стоило отметить, что он буквально пожирал меня глазами, поэтому с каждой секундой становился менее интересным. Уверена, что он успел сдернуть с меня это кремовое шелковое платье и вытащить шпильки, с помощью которые я прикупила накануне.

Наша беседа длилась не так долго, как хотелось бы Бернарду — так звали незнакомца. Примерно на пятой минуте он предложил покинуть это душное заведение и проветриться в ближайшем отеле. Я же ответила, что душновато за этим столиком и лучше мне вернуться за свой.

Я попросила счет и лениво обвела взглядом остальных посетителей: грузные дядьки с густыми усами и утонченные дамы с роскошными украшениями. Пора признать, что здесь слишком скучно. Настоящее веселье скрывается в меня изысканных местах.

Внутри меня внезапно вспыхнуло беспокойство. Прежде чем накинуть кашемировое пальто с искусственным мехом, я оглянулась. Рядом ходили официанты и администратор зала, никто из посетителей столик не покинул. Возможно, настойчивый Бернард вызвал столь неприятные чувства?

Связь в голове вспыхнула. Голос Бруэтты звучал не менее взволновано.

— С тобой все в порядке?

— Что ты почувствовала? — ответила я вопросом на вопрос, чтобы сравнить наши ощущения.

— Опасность.

— Надеюсь, ты не собралась помирать? Я не хочу ближайшее время бодрствовать, пока одна из них не станет достойной. — Вмешалась Арлайна, и я полностью разделяла ее мнение.

Если вдруг одна из нас умрет, то остальные пробудятся до тех пор, пока магия не определиться с кандидаткой. Ведьмой, наделенной чуть иной силой, плодородной. Она несет жизнь, всему и каждому. Я, Арлайна и Бруэтта бодрствовали два столетия, пока не появилась Лаэла, а потом еще три столетия пока не родилась Дэлайна. Это время — одно из худших в наших жизнях. Мы вынуждены были открывать дороги к нашим домам, чтобы хоть как-то скрасить одиночество.

— Сивилла, свяжись с ним. Наверное, опять мертвецы бастуют, — предложила Арлайна, на что я закатила глаза. Столько лет прошло, а она все делает вид, что не помнит его имени.

— Самой стыдно предстать перед ним? — не выдержала я, прижав руку к груди. Даже слепленое тело остро реагировало на это беспокойство: сердце быстро колотилось.

— Да он должен быть благодарен нам. Тем более, всегда есть возможность вернуть утраченное.

Больше мне нечего было сказать, потому что перед глазами заплясало. Я пару раз сморгнула и попыталась выровнять дыхание. Однако с каждой секундой желудок сворачивался в узел. Меня затрясло. Что-то твердое и острое царапало горло. Я рванула на высоких каблуках в туалет и едва не поскользнулась на только что вымытой плитке. Дрожащие пальцы опустила на ручку, прежде чем кто-то из сотрудников заметит мое странное состояние. Я заперлась в кабинке и больше не смогла сдержать рвотный позыв. Изо рта у меня вывалился камень.

— Сивилла? — закричала Бруэтта, но голос ее потонул в шуме, что внезапно образовался в голове. Воздух показался мне ядовитым, каждый вдох сопровождался жжением в легких. Созданное тело рассыпалось и, оказавшись на свободе, мне пришлось юркнуть в другое. Мы с сестрами старались этого не делать: пока мы занимали живое тело — у них происходили провалы в памяти. Это было тело мужчины, которые проходил мимо ресторана. Я едва не выронила сумку из рук, но стаканчик с кофе удержать не смогла. Напиток опрокинулся прямо на классические темно-синие брюки. По всей видимости, я попала в тело офисного клерка.

Все четыре сестры громко звали, но я не могла сконцентрироваться на их голосе. Меня продолжало трясти. Мышцы свело от судорог. Я металась из тела в тело, лишь понемногу приближаясь к своему дому. Зов сестер, болтовня людей, сирены, автомобильные сигналы — сводили с ума. От неоновых вывесок, что смешались в одно яркое пятно, пришлось закрыть глаза.

Я испугалась, но не потому, что испытывала сейчас, а потому, что это состояние было мне знакомо. Около ста лет назад у ведьм в лесу произошла стычка. Тогда на меня обрушалась мощная черная магия, от которой я едва не задохнулась. Сестры помогли мне переместиться в свое тело, хотя в тот момент я развлекалась с неким графом в его карете.