– Что скажете? Получилось? – улыбалась девочка.

Зоя со смешной прической – собранными в высокий пучок на макушке волосами, выглядела очень мило. И, в отличие от дяди, готовить Зайка умела. По крайней мере тот шедевр, что девочка поставила перед нами с Титом на стол, было жалко есть.

– Новый рецепт. Пробуйте! – поторопила Зоя, а мы с Титом переглянулись.

– М-м-м, моим любимым цианидом присыпала? – поддел Назар, а я едва не поперхнулась.

– Это миндаль, – пояснила мне Зоя, улыбаясь.

– Жалко разрушать такую красоту, – восхищенно прошептала я, но вилкой отломила кусочек пирожного. Вкус был божественный. Мне кажется, такого вкусного десерта я и не пробовала ни разу в жизни. – Это просто... просто...

– Бомбически круто, – подсказал Тит, он справлялся со своей порцией куда проворнее. Скорее всего, он уже привык к так называемым испытаниям кулинарных талантов Зои.

– Гастрономический оргазм! Так говорят? – расхохоталась Зоя, а я все же поперхнулась и закашлялась.

Наверное, этих словечек девочка набралась от дяди, от кого ж еще?

– Тебе всего двенадцать! Что за словечки?! – возмутился Назар.

Ладонью Тит проворно похлопывал меня по спине, помогая с приступом кашля. Я чувствовала, что покраснела как рак. И весьма некстати вспомнилось, что оргазмов у меня давно не было. Никаких.

– Торчишь на всяких форумах. Понахваталась всякой хре...фигни! – ворчал Тит. – Язык без костей. Чуть Таисию Даниловну мне не угробила, поганка!

– Да, жалко гробить такую красоту, особенно если она Таисия Даниловна, – показала язык Зоя, а я уже не кашляла, а готова была рассмеяться.

– Титовы! Я с вами чокнусь! – почти серьезно возмутилась я.

– Видишь, Тит, свел подружку с ума. И как не стыдно? – фыркнула Зоя. – Ну что ж, моя миссия завершена. Я спать. У меня утром школа. А вы сами здесь...

Девочка взмахнула рукой, указав на гору перепачканных мисок и кастрюль.

– Домашний тиран! – пожаловался Назар, но я видела, как он тепло улыбается Зое, когда та подошла и обняла его на прощание.

– Но ты ведь меня такую любишь? – уже чуть более серьезнее произнесла Зоя.

А я поняла, что мне жаль эту девочку. Пусть у нее есть Тит, который в ней души не чает, но у нее нет родителей. Зоя казалась мне бесконечно милой девочкой, но какой бы колючей она ни была снаружи, внутри она очень хрупкая и ранимая. И нуждается в любви, как и любой ребенок.

– Какие могут быть сомнения, Зай?! – возмутился Тит и крепко обнял племянницу. – Ты моя самая-самая! Все. Иди спать! Детское время кончилось.

Зоя поцеловала дядюшку в щеку и помахав мне рукой, ушла на второй этаж. Было ясно, что девочка часто остается с Титом.

– Не вздумай стырить мою подушку! – выкрикнул Назар ей вслед.

– Моя слишком жесткая, – показала Зоя язык и взлетела вверх по лестнице.

– Она просто удивительная, – выдохнула я, вновь вернувшись к созерцанию десерта на своей тарелке.

– Ты ей понравилась, – зачем-то сказал Тит, еще и настолько задумчиво, что я вновь смутилась. Без тени улыбки. Просто констатировал факт.

– Просто я подходящий подопытный, – постаралась перевести я все в шутку.

Назар хмыкнул. Допил чай, оставшийся в его кружке. Наигранно тяжело вздохнул.

– Все в посудомойку не влезет. Будем мыть ручками, – сообщил он мне.

– Кажется, мне пора домой! – коварно улыбнулась я.

– Угу, мечтать не вредно, – хмыкнул Тит и демонстративно убрал ключи в карман джинсов. – Нам было велено все здесь убрать. Забыла?

– Русалкам не полагается мыть посуду, – фыркнула я.

– Да, точно. Не полагается, – расплылся Титов в широкой и крайне обаятельной улыбке.

Я не знала, что на уме у этого мужчины. Но на всякий случай сползла с высокого стула и отошла подальше.

Больше двух шагов я не успела сделать. Назар перехватил меня и теперь я оказалась зажата между шкафом и крепким почти двухметровым телом босса.

Однако Тит не хватал меня за руки, или за прочие части тела. Просто стоял рядом, едва касаясь, упираясь ладонями в прохладную поверхность по обе стороны от меня.

– Оставайся, Тай, я серьезно, – пробормотал Назар, заставляя меня смотреть в его глаза, запрокинув голову, – ничего такого, честно, Просто выспимся. Я даже пижаму надену.

– У тебя ведь есть гостевая спальня? – я понимала, что никуда не смогу уехать. Просто потому, что не смогу. Дома меня ждала холодная постель и кошмары. А здесь было уютно, тепло и хорошо.