Девчушка молча кивнула, развернулась и пошла вглубь. Через несколько шагов она остановилась и посмотрела на меня, приглашая следовать за ней. Я пригнулся и шагнул внутрь. За моей спиной тихим щелчком закрылась дверь. «Как капкан взвели», — усмехнулся про себя я.

Мы прошли по коридору, залитому тусклым светом потолочной ленты, мимо десятка закрытых дверей, неотличимых от входной, поднялись по точной копии лестницы, по которой я спускался на подвальный уровень, и оказались в большом сумрачном зале, приблизительно наполовину заполненном клонами моей провожатой. Не полностью идентичными, конечно, но за типовыми балахонами заметить это было несколько проблематично.

Привратница продолжала идти через зал напрямую, я следовал за ней, а толпа расступалась от нас в обе стороны. Меня терзали весьма конкретные опасения. Очень уж антураж был похож на сходку мерзких культистов. С другой стороны, если бы дом Орнаг хотел, чтобы я просто перебил всех присутствующих, Байта, скорее всего, дал бы хоть махонький полунамёк. А с третьей… Уж не связаны ли Орнаги с культами Бездны?

В прошлом моём воплощении решение было бы очевидным: я бы сначала зачистил всех разумных, а уже потом разбирался кто тут антисоциальный элемент, а кто на косплей-вечеринку залетел. Не то чтобы меня за такое погладили по головке, но тогда помимо меня в Комиссии работали другие люди, которым платили за анализ ситуации, разработку планов и воплощение прочих мер, призванных оградить общество от моих методов ведения следствия.

Но здесь и сейчас, в славном городе Клоре, ситуация была в корне иной. Конечно, я мог работать как обычно — с непредсказуемым результатом от высшей награды до высшей меры пресечения, но такой расклад меня категорически не устраивал. В конце концов, одно дело — припугнуть пару-тройку гопников, и совсем другое — вырезать около полусотни подростков. Смерти детей почему-то расстраивают общество гораздо сильнее, чем просто смерти. Да, более внимательное изучение балахонников показало, что почти все присутствующие были не старше шестнадцати. Ситуация выглядела чем дальше, тем мутнее, поэтому я решил просто плыть по течению. Не было никаких причин не повременить полчасика с пламенным очищением. Куда спешить солдату разбитой армии?

По шестнадцати низким ступеням мы поднялись на обширный подиум и подошли к отливающему сталью трону. Из-под растёкшегося по сиденью балахона торчал кончик чрезвычайно веснушчатого носа. По обе стороны стояли по восемь привидений цвета хаки. Балахон-на-Троне отрастил указующий перст, обратил его на небольшой постамент и сказал:

— Полено прибыло. Пришло время вязания.

Сначала я не понял, что эти слова были инструкцией, но тычок локтем в бедро от провожатой оказался весьма красноречив. Я поставил полено на указанное место и снял блокировку. Эфирный фон слегка заштормило от освобождённой энергии, но потоки быстро перестроились и успокоились. Я выдохнул. Я до последнего ждал, что демон из полена выкинет какую-нибудь пакость, как только получит поблажку, но всё обошлось. Во всяком случае, так я считал в тот момент.

Я достал сопроводительные документы и отдал их Балахону-на-Троне. Он пролистал всю пачку за пару секунд и сказал:

— Тит Кузьмич, вы готовы к прохождению тестового задания дома Орнаг?

— Да, — от того, что в истории с гениальным испытанием от Байты появился проблеск вменяемой логики, я испытал почти экстатическое облегчение. — В чём оно заключается?

— Простой спарринг. Встаньте в круг.

— Правила?

— Никаким образом не использовать всё, что вне круга.

— Это всё?

— Да.

Вокруг постамента с поленом загорелся рунный контур, которого до этого там определённо не было. Как ни странно, ловушки или чего-то подобного не наблюдалось. Просто примитивный гармонический щит, обрезающий все исходящие эфирные потоки с частотой выше семисот пятидесяти терагерц. Очаровательная в своей простоте система защиты наблюдателей. Я сделал для себя заметку не жестить на ринге и шагнул внутрь.

— Братья и сёстры! — донеслось из-за моей спины. — Сегодня нам выпала честь испытать новую душу во славу и к пользе наших покровителей. Да будет это уроком для нас! Альхайла!

— Альхайла! — откликнулась толпа передо мной.

Тем временем постамент потихоньку наливался эфиром, и на последнем крике выдал разряд в полено, которое рассыпалось в сияющее облако рунной вязи. «Интересная реализация», — отметил я про себя. Разумеется, я бы никогда не стал делать такой контур призыва, особенно, когда призываемая сущность находится внутри самого аккумулятора, но мне, с другой стороны, никогда не приходилось организовывать тренировочные спарринги с демонами. Пока в воздухе сгущался силуэт твари, я по памяти анализировал радикалы контура. Поразмыслить там было над чем.

Во-первых, я насчитал три дубля основной линии, связанных в адамантаноподобную структуру. Резервная копия резервной копией, конечно, но это явный перебор. Во-вторых, в каждой из основных линий были «немые» участки, которые не выполняли никаких очевидных функций. Да, в сложных контурах иногда возникает необходимость в аппаратной задержке терминатора, но здесь точно было что-то другое: каждый «немой» кусок имел безусловные маркеры игнорирования в начале и конце. В-третьих, процентов девяносто в каждом контуре были вообще не про призыв. Сигнальные комплексы, датчики потоков, вычислители, анализаторы… Больше всего это походило на простенькую систему распознавания образов. Очевидного объяснения такой конструкции у меня не было.