– Ты знаешь, что когда играешь, жуешь все подряд?

Он улыбается, наблюдая, как я беру с блюда кантуччи и откусываю, не глядя.

– Да, я знаю, нужно думать.

– Не боишься испортить фигуру?

Поднимаю на него непонимающий взгляд, пожимаю плечами. Мол, пока проблем нет. Но замечаю справа от себя несколько стаканов и тарелок.

– Больше ничего не заказывай.

Он смеется.

– Не буду. Только воду. Откуда ты?

– Я не знаю, - отвечаю на автомате, беря печенье. – Приемная. Меня усыновила гречанка, выросла на полуострове.

– Я заметил, ты много путешествуешь.

– Я студентка, так все делают. А ты?

– Что я? – он снова смеется. – Для студента я староват.

– Кем работаешь?

– Решаю вопросы безопасности. Нравиться путешествовать?

– Да.

– Много друзей?

– Да.

– Скучаешь по дому?

– Нет, - взвела на него рассерженный взгляд.

Он тут же поднял ладони вверх. Мол, молчу, молчу. Думай на здоровье.

– Но ты же не будешь желать мне смерти?

Я испепеляю его гневным взглядом, затем решаю сделать перерыв. И Ниршан видимо тоже этого хочет.

– Хорошо перерыв, - я беру стакан в руки и пью воду. – Представляю, как это будет сложно выполнить. Миллион способов убиться, и ни один не работает.

Он улыбается, вставая и предлагает жестом, размять ноги, выйти на улицу. Мы так и сделали.

– Арктики вообще-то погибают, мы не бессмертны. Мы живем долго, как медузы, но может умереть от несчастного случая, от болезни или травмы.

– Хм, выходит, вы тленны, но без угроз живете бесконечно.

Он кивнул, доставая сигарету и зажигая ее кончик.

– И не скучно?

– Нет. В жизни всегда, что-то происходит. Случаются сюрпризы, неожиданные встречи.

Он жарко смотрит на мои губы, и его взгляд вспыхивает, тлеет чувственным желанием.

– Говорят, арктики не способны влюбиться?

И редко женятся. Не имеют семей и не заводят детей. В этом они чуть-чуть схожи с психопатами. Те не способны на эмоции, но ведут бурную сексуальную жизнь.

– Когда долго живешь, теряешь человечность. Становишься равнодушнее ко многому. Многие вещи повторяются. И когда переживаешь их вновь и вновь, начинает казаться, что предаешь тех, кто был первым, - объясняет Ниршан.

– Люди в этом плане более легкомысленны. Мы можем влюбляться тысячу и один раз, и не будем считать, что предали первую тысячу. Всегда счастливы.

Он усмехнулся.

– В тебе говорит юность. Ты почти дитя. Со временем понимаешь, что качество, а не количество ведет к счастью. Существует эмоциональные ограничения в ощущении счастья, которые мы можем ощутить, когда что-то испытываем в первый раз. Это похоже на покупки. Первый раз ты покупаешь долгожданное нечто и испытывая новизну, ты счастлива. Но когда ты делаешь это во второй, третий раз ощущения притупляются.

– Может все дело в ценности? Вы вне нормы.

– Может быть. И как ты это объясняешь? – он посмотрел на меня с интересом старца на молодого ученика.

Возникло ощущение, что у нас большая разница в возрасте, настолько большая, что между нами не может быть ничего общего.

– Став бессмертными, вы утратили ценность быть людьми. Ведь люди, чтобы донести свою значимость и ценность до остальных, чего только не делают. Мы отчаянно хотим рассказать всем остальным, что мы чего-то стоим. Но при этом сильно ограничены во времени. Разве у вас также? Вы не чувствуете.

– Интересная мысль. Но любые чувства это не факты, - Ниршан улыбается.

– Не факты. Но чувство собственной ценности напрямую зависит от того, как люди чувствуют себя. От их уровня самооценки. В этом секрет арктиков?

– В какой философской школе ты училась? – пошутил он и я съежилась.

Спасибо, хоть не сказал в богословской. Нужно следить за языком. Я обвела улицу глазами, отмечая, что внутрь кафе заходят люди, которые хотят поиграть в шахматы, а те, кто хотел только выпить или перекусить, садились под навесом. В обеденный перерыв гостей добавилось и официанты, словно разбуженный улей пчел, носился между столиками, обслуживая посетителей. Мы стояли в стороне, в тени и могли наблюдать со стороны.

– В обычной. А ты уходишь от темы.

– Ладно, - Ниршан выкинул сигарету, и потянулся, растягивая мышцы. – Все эмоции и действия это результат мыслей и установок. А наши установки таковы, что первично именно действие, а не мотивация. Люди почему-то думают, что сначала нужен мотив, а потом действие. А это не так. Весь секрет.

Хотелось согласиться с ним. Отец Кирилл вдалбливал в мою голову разные истины, и одна из них была такой же, как высказал Ниршан. Только в процессе осознания, мы выражаем свое существование. А процесс осознания, значит не думками богатеть, это действие. Я вдруг поймала себя на мысли, что мне хорошо с Ниршаном. Приятно проводить время.