— Вот я и дал ему щепотку чуда, — ответил я и вышел.

Снаружи я нашёл Серебрякова, который оживлённо болтал с Трарком.

— Профессор, как это вы умудрились? — спросил я.

— Ну, искусственный интеллект, записи речи нашего нового знакомого и наушник, в который мне тут же озвучивается перевод. Аналогичное устройство у него, только подогнанное под физиологию. Мы же не в каменном веке живём. Хах.

— Чудесно, — кивнул я.

— Спасибо за всё, — сказал профессор, — Откровенно говоря, я был уверен, что мы все умрём сегодня. Но обернулось всё совершенно неожиданным образом. Вы спасли миллиарды жизней.

— Работа у меня такая, хах, — печально улыбнулся я, думая о том, что было бы неплохо наконец совершить подобное и со своим миром.

Я вздохнул и посмотрел на Трарка.

— Не расскажешь, что у вас тут, вообще, случилось? — спросил я, — Общее понимание ситуации у нас есть, но было бы интересно узнать поподробнее.

Демон задумчиво постучал когтями по бронепластине на груди и кивнул.

— Сам я, конечно, знаю не так уж много. Но сомневаюсь, что вам нужны подробности об устройстве штуковины, которая всё это учинила. Остальное же — достояние общественности.

— Я бы послушал про устройство, — сказал Серебряков.

— Вы, я погляжу, ничему не учитесь, — я покачал головой, демонстрируя своё разочарование.

— Да нет же, сугубо научный интерес! — воскликнул профессор, — Я бы никогда не стал пытаться подобное повторить!

— Ну-ну. Да и пусть так, не факт, что подобное можно сказать о тех, кто этим комплексом владеет.

— Вот с подобного у нас всё и началось, — сказал Трарк и принялся рассказывать.

Их раса называющая себя «ауран», была не слишком одарена в применении ментальной энергии, но знала о её существовании. Так что упор в своём развитии они делали на технологиях, которые используют в качестве питания именно её. Такой подход имел множество плюсов, поскольку давал возможность меньше истощать ресурсы планеты. Однако была и обратная сторона. Спрос на энергию всегда был выше, чем её производство. Чем дальше развивались технологии и чем большие возможности они предлагали, тем сильнее становился топливный кризис.

Именно тогда один из их учёных-первопроходцев с крайне сложно произносимым именем обнаружил источник всей той энергии, которой пользовалась их цивилизация — душу. Путём проб и ошибок, часто разрушительных и губительных, учёные ауран смогли найти способ использовать её силу напрямую, без преобразования в ментальную энергию, тем самым повышая эффективность любых устройств, которые были доработаны для этого. Однако несмотря на то, что сами души бесконечный источник энергии, объём, который они производят, вполне конечен. Поэтому спустя время, когда запросы ауран выросли, случился новый топливный кризис.

Он продлился куда дольше, но и тут уже другому учёному удалось найти решение. Они выяснили, что существует и душа мира, которая обладает мощью несравнимой даже с душами всех обитателей планеты вместе взятых. Потребовалось немало времени, чтобы создать устройство, которое способно будет её удержать. Но тут уже в обществе возник раскол по этому поводу. Одни настаивали на том, что нужно уменьшать запросы и сокращать потребление, полагаясь только на самих себя. Ведь несмотря на то, что топливо для устройств берётся из возобновляемых источника, для всего остального потребляются ресурсы планеты. К тому же многие считали подобный акт — осквернением великого, чего-то, что больше их самих. Что подобное не пройдёт бесследно. Другие же были уверены, что получить бесконечный невероятно мощный источник питания стоит любых рисков. Решение явно принять было бы не легко.

Было организовано всемирное голосование, итоги которого оказались также неоднозначными. Лишь пять процентов отделяло проигравшую сторону от победившей. Однако решение было принято — не запускать устройство. Душа мира должна остаться неприкосновенной. Только вот всегда найдутся те, кому плевать на демократию и решение большинства.

Что именно произошло в комплексе, где хранилось устройство Трарк не знал. Он, как и многие другие, занимался своими делами, когда ощутил, что произошло нечто. Волна боли и ярости накрыла планету. Моря и океаны воспылали пламенем. Растения обратились в прах. Животные трансформировались в невообразимых монстров. А вот сами ауран изменились не сразу. Им довелось сполна «насладиться» деянием рук сородичей. Пропитаться возмездием. Воочию наблюдать, как все, кто им дорог, как и они сами, мутируют, трансформируясь в чудовищ из ночных кошмаров. Лишь после трансформации они постепенно начали терять разум. Также медленно и мучительно. Именно поэтому нам встречались монстры с кибернетическими улучшениями. Ещё сохраняющие разум ауран использовали то, что осталось от их цивилизации, чтобы воевать с другими. Мир погрузился в хаос.

Что было дальше сам Трарк помнит весьма отрывочно. Воспоминания о бытии «демоном» слились в непрерывный поток ярости и ненависти, вымещаемой на всём вокруг. Ярким пятном стал момент, когда он ощутил чуждую жизнь совсем рядом, но вне досягаемости. Долгое время он бессильно пытался найти её, но однажды он и другие сородичи перенеслись в некое место, где были те самые «другие». С упоением монстры принялись изливать свою ярость на новую цель. Когда «другие» начали заканчиваться, они почувствовали, что неподалёку есть нечтоа ведущее туда, где чуждых им существ ещё много. После этого он помнит, как пришёл в себя, а дальнейшие события мы знали и сами.

— Вот как-то так, — сказал Трарк.

— Довольно печальная история, — пробормотал Серебряков.

— И поучительная, — выделил я, покосившись на учёного, — Очень поучительная.

— Да уж, — вздохнул ауран, — Даже и не знаю, как нам теперь жить дальше. Всё в руинах, планета больше похожа на выжженную пустыню.

— Я… Пожалуй, могу попробовать с этим помочь…

— Как? Сомневаюсь, что с этим можно что-то поделать.

— Ну, не получится, так не получится, — сказал я, — Однако попробовать стоит. Вечно я не в своё дело лезу. Но, блин…