Шрифт:
– Уже красавица, уже.
Больше не стоило его слушать. Венера давясь слезами, торопливо схватив сумку с документами и выбежала из дома.
Она вылетела за дверь, и рванулась вперед, тут же была остановлена двумя мужчинами. Одетые в черные, большие, раскаченные, они перехватили ее в пороге. Лиц она не видела, те были скрыты масками с прорезями для глаз и рта.
Ее скрутили, обездвижили, и выворачивая руки за спину, блокировали запястья и ноги. Кто-то бесцеремонно засунул кляп в рот. Быстро открыв двери обычного с виду почтового фургона желтого цвета с красной полосой по бокам, ее бросили внутрь.
Машина завелась не сразу. Очевидно, что они заходили в дом, слышались шаги, переговоры, звуки рации. Голос Мэдса и других. Хлопали дверьми машины. Затем мотор завелся, и фургон тронулся с места.
Глава 18
– Вопросы?
Смит посмотрел на девушку. Она обвела, собравшихся запуганным взглядом.
– Кто вы такие?
Смит усмехнулся, понимающе хмыкнул.
– Вечный вопрос любопытствующего ума. Желающего знать, один ли он во Вселенной или нет. Есть ли что еще? Девочка, мы давние существа. Очень старые. Мы асуры. Если ты знаешь, кто это.
Венера замерла, широко распахнув глаза, открыла рот. Суры и асуры. Как же она сама не смогла догадаться. Демоны, полубоги, мифические существа из древних сказок. Асуры убивали суров, а суры их. Звучало неимоверно.
– Знаю, - прошептала она, и голос ее от волнения сел.
– Зачем, зачем вам пересадка органов?
– Все просто, мир не пригоден для нас. Ваша материя не сочетается с нами. Приходится выживать.
– Что будет со мной?
Венера затравленно взглянула на Смита, на Блицкрига, игнорируя Мэдса и его руку на ее бедре. Смит невесомо пожал плечами.
– Понятия не имею. Вы с Мэдоксом как-нибудь сами разберитесь.
– Но зачем, вам? Ведь вы же специально, меня, - она не закончила фразу.
– Мне жаль, дорогая. Но ты столько узнала. К тому же ситуация с суром, так и не прояснилась. Нас беспокоит это.
Она выразительно посмотрела на Марса и тут же отвела разочарованный взгляд. Казалось тому совсем не интересно происходящее. Он смотрел куда-то поверх Джефри Смита, а вовсе не в их сторону с Мэдсом. Черты его лица заострились. Руками он ритмично чуть покачивал бокал с остатками своего напитка.
– Суром?
– Ты выжила. Мы решили, что ты такая же, как мы.
– То есть, как?
Он кивнул.
– Я? Асур? – она положила ногу на ногу, и ссутулившись, почесала нос, украдкой покосилась на Мэдса.
Тот, развалившись на диване, вытянул ноги вперед и изучающе с вызовом смотрел только на Марса.
– Смущало, то, что ты блондинка, - продолжил Смит. – У нас нет гена светлого волоса. Черные, коричневые, рыжие, красные, с синеватым оттенком, ха, любые! Но не такие светлые и эта снежная кожа. Изредка, весьма редко рождаются альбиносы в низших кастах.
– И?
– Они плохо заканчивают. Попадает в зверинцы. Многократно перепродается, как диковинка. Но мы, - он улыбнулся. – На Земле. К тому же, анализы показали, что ты человек.
Венера закусила губу. Спросить о сексе у нее не хватало духа. Ведь она же теперь тоже, зараженная. Сойдет с ума? Она покосилась на Мэдса, прислушиваясь к себе. Никаких чувств, кроме омерзения и глухой ненависти в душе она не ощущала. Девушка осторожно вытащила ладонь из его захвата.
– Я, что похожа на ваших?
– Нет, - Смит усмехнулся. – Наши женщины прекрасные и жестки. Они не придают значения любви. Секс используется для размножения, удовольствия от власти или наказания.
– То есть не нужен.
– Нужен. Хотя бы раз в полтора года. Эта слабость. Голод женской половины расы помог исторически нам подчинить их. У нас нет причин, без выгоды становился родителями. Асуры полностью контролируют жизненный цикл и наследники появляются в подходящее время. Вы, здешние женщины на их фоне привязчивы и чрезмерно эмоциональны. И бесполезны.
– В смысле бесплодны?
Смит кивнул.
– И вы передвигаетесь между мирами?
Вопрос показался настолько наивным, что вызвал улыбку не только у Смита, а у всех троих.
– Миры проникают друг в друга физически только для двух соседних. Они стоят через один не имеют прямого доступа порождающей реальности. Чтобы попасть в этот или покинуть его, нужно пройти трансформацию. У вас это называют рождение и смерть.
– А вы?
– Мы нет.
Она замолчала, обдумывая.