Вдруг дверь в кабинет открывается, и я уже радостно поворачиваю голову, но это незнакомый сотрудник администрации в военной форме и кепке, осматривающий пополнение. Кураторы тут же встают, значит, пора вступить в настоящую жизнь синкера. Незнакомец ничего не сказал и просто вышел из кабинета, а остальные потянулись за ним. Делать нечего, пришлось и мне за ними.

Группа спускается на самый первый этаж, куда раньше пройти было нельзя. Очередной блокпост с решетками и охранниками, после чего все молча направляются в большим дверям, где еще один досмотр и, наконец, я покидаю стены подготовительного центра. Иду в конце колонны и оборачиваюсь на звук закрывшихся бронированных створок. Берусь за ручку и вижу на табло над дверью надпись: «Проход закрыт. Войти внутрь могут только синкеры со статусом 0–0».

Ну, было ожидаемо, что обратного пути нет, поэтому ускоряю шаг и догоняю остальных. Коридор без окон точно ведет в нужный корпус, где встречает идентичная дверь, за которой я ожидал встретить что-то похожее на корпус для новичков, но встречает вестибюль, освещенный яркими лампами, а у дальней стены ждет открытый лифт. Именно туда идет проводник, значит, новые синкеры уже сейчас будут привыкать жить под землей. Так и происходит, когда большой лифт закрывается и опускается на глубину трех-четырех этажей.

— На выход, — приказывает сотрудник администрации, который явно дальше не пойдет. Теперь уже кураторы выходят первыми, значит, именно здесь и живут синкеры.

Я снова оказываюсь самым последним, и створки лифта за моей спиной закрываются. По гудению электродвигателя могу угадать, что он пошел наверх, но сейчас всё внимание сосредоточено на вещах передо мной, а глаза ищут отца Григория, который мог просто опоздать и дожидаться новичка здесь.

Здесь еще один вестибюль, но куда более просторный, целая площадка сто на сто метров с какими-то торговыми автоматами и даже магазинчиками. Есть ряды лавочек, на которых сидят незнакомые люди, и все взгляды устремлены именно на новоприбывших. Потолок высотой, кажется, метров семь, и его подпирают многочисленные стальные балки, на которых висят фонари с белым светом.

Обе группы передо мной расходятся в разные стороны, и я понимаю, что нужно что-то решать. Вообще не представляю, что нужно делать и куда идти, а вот бросаемые взгляды совсем не нравятся. Чтобы не остаться одному, тихонько пристраиваюсь к группе с азиатом и девушкой, якобы я тоже в их команде. Это решение даже помогает пройти половину площади, пока вдруг куратор с бритой головой не развернулся.

— Эй, пацан, ты не в моей группе, не ходи за мной.

— Окей, не подскажешь, как найти отца Григория? Если поможешь его найти, в будущем верну должок, — ладно, этот вопрос все равно нужно было решить как можно скорее.

— Да я откуда знаю? Хотя, ладно. Есть одна мысль. Пока иди с нами.

Ну, пока ничего страшного не происходит, поэтому обращаю внимание на другие детали окружения. Здесь комфортная температура и постоянно гудит в вентиляционных коробах и рукавах на потолке. Из вестибюля идет широкая и прямая дорога, по обеим сторонам которой видны двухэтажные постройки из бетона с большим количеством дверей. А вот окон вообще нет. Напоминает чем-то фильмы про Дикий Запад, где в поселениях тоже была какая-то главная улица, на которой ковбои стрелялись в дуэлях. А в конце улицы примерно в трехстах метрах видно какое-то куполообразное здание неизвестного пока назначения. Можно лишь понять, что он не из бетона сделано, а из металлических листов, покрытых белой краской.

— Тебе туда, — показывает куратор, показывая в переулок. Оказывается, здания по обеим сторонам улицы не стоят вплотную друг к другу и там есть узкие улочки, по которым тоже ходят синкеры.

— Команда отца Григория там расположена?

— Ага. Ищи красную дверь, а за ней скажи, что ты от Мика. Там тебе объяснят лучше, где искать Грегори, — сказав это, Мика уходит дальше, а мне остается лишь идти в указанном направлении, разглядывая встречных синкеров.

На меня постоянно бросают подозрительные взгляды, и я понимаю, что совсем не похож на здешних обитателей. На мне обычная одежда, а вот синкеры обоих полов ходят в милитаризированной или туристической одежде с разными непривычными для меня предметами. У одного на поясе висит настоящий меч, у другого три светящихся амулета на шее, а одна девушка облачена в странный плащ с капюшоном с загадочной переливчатой структурой.

На занятиях в подготовительном корпусе я уже узнал о существовании артефактов, которые находят в подземельях, так что понимаю, что это ценные и опасные вещи. И у новичка их быть не может, поэтому я действительно выделяюсь. К счастью, найти красную дверь труда не составило, вот только рядом с ней околачиваются какие-то мутные типы. Но делать нечего, поэтому с максимально расслабленным лицом прохожу мимо них, но толкнуть дверь не успеваю.

— Эй! — выкрикивает один из мужиков. — Ты кто? И куда намылился?

— Я от Мика, мне нужно узнать насчет отца Грегори, — спокойно разворачиваюсь и смотрю на собеседника. Выражение лица у него прямо как у истинного представителя homo gopnikus: прищуренный и оценивающий взгляд, кривая улыбка и в целом отпечаток отсутствия высокого интеллекта. Вот только это их территория и здесь их порядки, поэтому буду вести себя сдержанно, но твердо.

— А, от Мика… Значит, он уже вернулся с новичками. Ты, значит, тоже из новичков? Покажи браслет.

Вижу, как глаза собеседника ищут браслет на моем запястье, который выполняет как функцию часов и компаса, так и интерфейса для вывода информации с чипа. Но мне такую вещь не выдали и рассказывать причину этого я не хочу.