— Я очень постараюсь — говорит очень хрипло и целует меня в губы, очень сильно, немного резко, но в то же время так искренне, что аж дыхание перехватывает. Ведь нам обоим больно сейчас и расставаться с ним не хочется ни на миг.

Слышу грохот каталки в коридоре, и сердце замирает просто.

Это за ним. Наши пятнадцать минут истекли. Руслан немного отстраняется и недоумённо смотрит на меня.

Я поворачиваюсь к двери и она открывается.

— О, вы ещё не готовы — Алёнка немного теряется — уже пора, раздевайтесь.

Я отстраняюсь от Руслана. Он хватает меня за руку, словно не успел что-то сказать.

— Увидимся — говорит очень хрипло с такой надеждой во взгляде, что выть хочется.

— Конечно, я буду тебя ждать — пытаюсь натянуть улыбку. Ведь он боится сейчас гораздо сильнее меня.

Он кивает и отпускает мою руку. Алёнка недоумённо смотрит на меня.

Да плевать на окружающих. Не могу его так оставить, обнимаю и прижимаю к себе крепко. Ощущаю его руки у себя на спине, он тихонько гладит.

— Всё будет хорошо — обещаю ему на ухо и очень на это надеюсь.

— Спасибо — говорит тихо, и судя по выдоху улыбается.

— Марина Алексеевна, простите, но время — робкий голос Алёнки врывается в нашу идиллию, и я отпускаю Руслана. Он опускает взгляд и начинает раздеваться.

— Спасибо Алён — улыбаюсь девчонке и иду на выход из палаты, Артём меня прибьёт.

— Вторая операционная — слышу Алёнку на выходе и бегом бегу переодеваться.

Марина.

Тороплюсь очень, надеюсь они не начнут без меня. Забегаю в операционную. Руслан уже лежит на столе, а его отца ещё нет. Коля пытается поставить ему катетер в вену.

— Коль? — хочу остановить его. Ведь договаривались, чтобы оба были в операционной, тогда и усыплять Руслана, чтобы время воздействия сократить.

— О ты уже тут — спокойно отвечает мне, невозмутимым тоном.

Руслан смотрит на меня, не отрываясь в его глазах плещется паника, он выглядит очень напряжённым. Он боится очень.

— Коль тебе Артём говорил про наркоз? — пытаюсь скрыть волнение в голосе.

— Говорил — он поднимается от Руслана, поправив катетер и откручивает колёсико капельницы.

Я уже начинаю волноваться.

— Марин, это физраствор не паникуй — Коля улыбается мне.

Слава Богу, могу нормально выдохнуть.

— Я рассчитал минимальную дозу и красящий пигмент позволит определить скорость и время воздействия — он поднимает шприц с жёлтым содержимым — не дрейф, всё пучком — подмигивает мне.

Знаю они пытаются отвлечь меня, так же было, когда я переживала потерю папы. Они, словно маленькая семья с которой не страшно идти вперёд, поддержат как могут. Я очень рада, что вернулась обратно в нашу больницу.

Руслан немного расслабился, судя по опущенным плечам. Коля отходит, оставляя нас наедине.

Руслан тянет пальцы свободной руки ко мне.

— Нельзя — показываю ему перчатки, всё должно быть стерильно.

Он поджимает губы понимая всё.

Надо немного отвлечься. Отхожу от стола и проверяю инструмент. Всё ли в наличии и пытаюсь абстрагироваться от всего и настроиться на операцию. Прикрываю глаза и пытаюсь все свои действия воспроизвести по порядку, хотя всё отточено. но боюсь ошибиться или что-то не учесть. Как же сложно, когда перед тобою не обычный пациент, а родной и близкий человечек, ещё и с такими особенностями не предсказуемыми. Господи… Я очень надеюсь, что я вытащу тебя.

Не могу быть на расстоянии от него. Подхожу к Руслану. Он вглядывается в глаза и слабо улыбается мне. Так хочется сказать ему, что всё будет хорошо, но язык не поворачивается.

Слышу грохот каталки, везут его отца.

— Марин, пора, пока подействует, ведь ему заснуть надо — слышу Колю.

— Не бойся — говорит Руслан.

Легко тебе говорить.

Коля вкалывает наркоз в пакет капельницы, окрашивая жидкость в жёлтый цвет.

Жидкость медленно ползёт по трубке, постепенно вытесняя прозрачную. Возникает такое ощущение, что с каждой каплей из меня самой вытекает жизнь. Мне настолько страшно за Руслана, что перед глазами начинают плясать мушки. Зажмуриваюсь, пытаясь встряхнут головой и отогнать это всё.

Ощущаю, прикосновение к локтю и открываю глаза. Руслан, дотянулся кончиками пальцев и тихонько гладит по рукаву. Смотрит так ласково, что сердце заходится. Даже через ткань чувствую его тепло. Он улыбнулся мне так тепло.

Да где же его отец, везли же? Смотрю на капельницу, жёлтая жидкость почти достигла его вены, осталось десять сантиметров.

В операционную заходит Алёнка и удивлённо смотрит на меня.

— А вы чего здесь?

— То есть, что ты имеешь в виду? — наверное туго соображаю.