Шрифт:
— А Артём не сказал, что ли?
— Нет — теперь моя очередь удивляться.
Неужели его отец передумал и пожалел сына?
— Операции не будет пациент скончался десять минут назад.
Её слова звучат как гром среди ясного неба. Ноги подкашиваются просто. Руслан. Вспоминаю про наркоз…
Господи, он же дошёл уже…
Паника охватывает и тянусь к катетеру. Рывком вытаскиваю его из вены Руслана. Когда вижу два миллиметра прозрачной жидкости в трубке, обдаёт волна, от которой всё внутри трястись начинает. Я успела, родной, успела. Спасибо Господи…
Перед глазами плывёт всё и обносит голову. Не вижу ничего и чувствую, что проваливаюсь куда-то. Резкая боль пронзает висок, а перед глазами возникают радужные круги, растворяющиеся в темноте кромешной. Вдалеке слышу на голос Руслана, полный боли и отчаяния, он зовёт меня по имени. У тебя всё должно быть хорошо, родной мой. Сознание уплывает куда-то и похоже отключаюсь.
Глава 42
Руслан.
— Операции не будет пациент скончался десять минут назад — слышу слова медсестры, что везла меня сюда и не могу поверить.
Неужели я опоздал и отца больше нет. Дыхание перехватывает от осознания происходящего. Всё зря! Я опоздал! Наверное, отец был прав в — я ничего стоящего сделать не могу в жизни. Господи, ну почему всё так получилось! Прости меня, я так хотел помочь.
Перевожу взгляд на Маринку. В её глазах плещется ужас, и она смотрит на мою капельницу. Наркоз дошёл почти, это же я скоро отрублюсь и неизвестно проснусь ли… Отец решил забрать с собою недостойного сына… Не успеваю додумать мысль, как Маринка резко склоняется и тянется к катетеру. Она выдёргивает капельницу с наркозом из моей вены и внимательно смотрит на неё. Маришка моя родная, если бы только знать, что всё так получится…
— Успела — Маринка выдыхает с облегчением.
Успела? Не дошёл ещё, Господи, это наверное лучшая новость за сегодняшний день.
Маринка меняется в лице и начинает оседать. Только не это!
— Марина! — кричу и пытаюсь встать, но куда там я же привязан к столу за руки и за ноги.
Слышу грохот и Маринка исчезает из поля зрения.
Накатывает волна паники, что с ней!
— Марин! — кричу.
Да, что же я такой беспомощный то.
— Ой, Марина Алексеевна — медсестра подходит к ней.
— Помогите ей — тяну завязки, но они не поддаются.
— Твою ж мать — материться анестезиолог — ещё головой похоже ударилась — отодвигает подставку с инструментом — ну как так-то — возмущаясь наклоняется над ней.
Господи, только бы не виском. Девочка моя родная, прошу тебя приди в себя. Ты не можешь меня оставить сейчас, пожалуйста только не так.
— Отвяжите меня! — сейчас порву эти верёвки сам.
— Да лежи ты, сейчас — анестезиолог поднимает Маринку на руки.
Она без сознания, её рука безжизненно свисает, пока её несут к дверям, медсестра открывает ему дверь.
Замечаю кровь на виске. Нет! Не оставляй меня Маришка!
Я остаюсь один в операционной. Душа рвётся к ней, я с ума сойду в неизвестности. Я же сдохну без тебя! Она так сильно переживала за меня, превратилась в бледную тень, а я даже не задумывался о том каково ей. Она так сильно плакала, когда узнала о моем решении, сказала, что без меня не сможет. А это я без неё не выживу. Солнышко моё, как я мог довести её до этого! Идиот, думал только о проблемах отца, боялся не вернуться к ней, а она меня спасла. Родная моя. Не могу нормально выдохнуть, отвяжите меня хоть кто-нибудь, пожалуйста. Господи не забирай ещё и её у меня!
Натягиваю в очередной раз завязки, но они не поддаются, крепкие.
Спустя казалось вечность в операционную заходит мед сестра.
Она молча подходит ко мне, начинает отвязывать завязки.
— Как она? — голос дрогнул.
— Пока так же — она потупила взгляд.
Освободившись, поднимаюсь и сажусь на столе. Закутываюсь в простынь. Как-то не удобно быть обнажённым перед девушкой.
— Ложитесь я довезу вас до палаты — указывает мне на каталку.
— Да я бы дошёл сам.
— В таком виде — улыбается.
Да уж.
Выдыхаю и укладываюсь на каталку. Она сверху укрывает одеялом и ведёт в палату.
В палате наспех одеваюсь и иду искать мою девочку. Очень надеюсь, что она уже пришла в себя.
На посту вижу Артёма и подхожу к нему, может он скажет мне хоть что-то.
— Что с Мариной? — задаю вопрос, мучающий меня.
— Была без сознания, увезли на КТ, посмотрим результаты, там видно будет, висок всё же. И ударилась она хорошо. Это ж надо так переживать, второй раз обморок за всё время что её знаю. Ведь всегда спокойная как танк, уравновешенная, а тут.